<<
>>

6.1. Истоки и основные направления

На формирование основных методологических принципов, характерных для французской теории международных отношений, оказали влияние учения философской, социологической и исторической мысли Франции конца XIX—начала XX в.

и прежде всего позитивизм О. Конта. Именно в них следует искать такие черты французских теорий международных отношений, как внимание к структуре общественной жизни, склонность к историзму, преобладание сравнительно-исторического метода и определенный скептицизм относительно формальных приемов исследования188. В XX в. становится заметным возрастающее влияние на методологические установки международных исследований социологии М. Вебера и Э. Дюркгейма.

Возникнув относительно давно (первые работы теоретического характера по международным отношениям относятся к началу и середине 1930-х годов), французские исследования международных отношений189 долгое время развивались в лоне дипломатической истории, правовой и отчасти — экономической науки. Влияние этих дисциплин ощущается в некоторых работах по ТМО и сегодня190. Несомненно плодотворное воздействие на теоретические исследования, как отмечают многие авторы, продолжают оказывать работы ведущих историков первой половины XX в. П. Ренувэна и его последователя Ж.-Б. Дюрозеля191, а также таких юристов, как Ж. Сцелль и М. Вирали192.

Со второй половины 1960-х годов теоретические изучения МО прежде всего благодаря влиянию социологической мысли постепенно выделились в относительно самостоятельное исследовательское поле. Одновременно в рамках французских международных исследований сформировались два течения, сторонники которых использовали разные способы анализа и подчас на принципиально различной теоретической литературе. Это противостояние заметно во французской школе МО и сегодня. Одни ее представители опираются на теоретическое наследие Дюркгей- ма, другие исходят из методологических принципов, сформулированных М.

Вебером193. Каждый из этих подходов с предельной четкостью формулируется крупными представителями двух линий во французской ТМО, начиная с первых работ Р. Арона и Г. Бутуля, датируемых 1960-1970-ми годами194, и до работ Т. де Монбриаля и Б. Бади, вышедших уже в XXI в.195. В целом же, как подчеркивает Бади, французские международники никогда не теряли контакта с изучением обществ. Школа анналов способствовала выявлению роли «глубинных сил» в истории международных отношений, как она была представлена в работах Ренувэна и Дюрозеля. Культурная антропология способствовала осмыслению значимости социальных формаций и культур в производстве международных фактов, используя сравнительные методы анализа. Даже международное право известно своим сопротивлением позитивизму и тягой к размышлениям нормативного свойства196. В итоге к началу 1980-х годов французская школа МО предстает как относительно конституированная дисциплина с собственной «национальной спецификой» и отчетливо выраженной социологической ориентацией. Интерес к социологическим вопросам МО во многом объединяет представителей самых разных течений, помогая им если и не примирить позиции, то, по крайней мере, выслушать оппонента.

Важными, во многом знаковыми фигурами французской социологии международных отношений являются уже упоминавшийся Р. Арон и М. Мерль. Первый опирался главным образом на наследие Вебера, став родоначальником мышления, близкого реализму. При этом реализм Арона значительно отличался от позиций его американского современника Г. Моргентау. В своей фундаментальной работе «Мир и война между нациями» он уделил немалое внимание пракселогии, поставил под сомнение концепцию национального интереса и непроходимость границ между внутренними и внешними процессами принятия решений и сосредоточился прежде всего на социальных вопросах функционирования МО. Предвосхитив некоторые из положений известной теории «демократического мира»197, он сформулировал и далекий от традиционного реализма вывод о том, что гомогенные, характеризующиеся общими культурными ценностями, однотипными политическими режимами и экономическими подходами, системы являются более стабильными, чем гетерогенные или иерархические198.

Что касается опиравшегося на дюркгеймовс- кие разработки М. Мерля, то он во многом способствовал формированию группы известных сегодня своей критикой роли государства в МО представителей транснационализма и либерального институализма. Уже в 1970-е годы Мерль предпринял одну из первых попыток выйти за рамки свойственного Арону дипломатико-стратегического подхода и проблематики войны, мира и межгосударственных конфликтов199. Уделив значительное внимание вопросам сотрудничества в МО, а также роли новых акторов, таких как транснациональные корпорации, международные и неправительственные организации, он переосмыслил саму ориентацию социологии МО. В его трактовке ее предметом должна была стать социализация взаимодействий международных акторов.

По окончании холодной войны многие представители французской школы восприняли намеченные в трудах Мерля ориентации на системность и целостность рассмотрения МО. Их работы исходят из понимания мира как единого, структурированного многообразными и все более взаимозависимыми сетями социальных взаимодействий, в колюром понятия «суверенитет», «территориальность», «национальная лояльность» постепенно, но все более ощутимо утрачивают свое значение200. Признанными лидерами этой новой, вдохновляющейся идеями транснационализма школы социологии МО стали Б. Бади и М.-К. Смуте. В этом же направлении работают и такие ученые, как Г. Девэн, исследующий вопросы европейского строительства и транснациональной солидарности, Ж. Лярош, изучающая феномен лояльности и его влияние на международные отношения, А. Колономос, специализирующийся в изучении транснациональных сетей, а также международной морали, Ф. Риффман, исследующий деятельность НПО, Ф. Шарийон, анализирующий вопросы, связанные с изменениями форм и методов международно-политической деятельности, Г. Саламе, прослеживающий изменение роли и функций государства под влиянием мондиализации и европейского строительства, Д. Биго, исследующий внутреннее переустройство ПОЛЯ безопасности и его влияние на международные процессы, и др.

Что касается методов, то, как уже отмечалось выше, международники во Франции крайне редко используют популярные в Америке математические модели, анализ данных, статистические корреляции и т.п.201 Чаще всего они опираются в своих выводах на архивные данные, исторические факты и аналогии, интервью, экспертные опросы, включенное наблюдение и их сочетание202.

Одной из, без преувеличения, выдающихся работ, подготовленных с применением этих эмпирических методов, стала работа М.-К. Смуте «Тропические леса, международные джунгли. Оборотные стороны мировой экополитики». Автор изучила огромную массу документов в архивах международных организаций, НПО, она работала в Камеруне и Индонезии, гое не только изучала документы в столичных правительственных учреждениях и проводила опросы чиновников, но и провела много месяцев непосредственно в джунглях — в поселениях местных жителей, где, рискуя здоровьем, наблюдала за происходившими на ее глазах изменениями социальной и экологической среды их обитания с целью анализа последствий этих измеые- ний для мировой экологической обстановки в целом и процесса принятия решений в данной области специализированными международными институтами. Выводы, к которым она приходит в результате своих исследований, в целом выглядят достаточно пессимистично: поскольку проблемы глобальной экологии не входят в состав приоритетных интересов великих держав — а именно от них, прежде всего, зависит состояние дел в этой области — планетарная окружающая продолжает деградировать, что грозит человечеству крупными катастрофами уже не в столь отдаленном будущем.

По сравнению с американскими, институциональные ресурсы французской ТМО не слишком значительны. Здесь издается около десятка специализированных периодических журналов и ежегодников, что для относительно небольшого по численности академического сообщества не так уж и мало. Однако частных фондов для поддержки исследований немного. В большинстве своем те относительно немногочисленные центры, которые занимаются международными исследованиями, как и французские университеты, финансируются из государственного бюджета (в качестве немногих исключений можно назвать Французский институт международных отношений (ИФРИ), в финансировании которого доля государства составляет 40%, а 60% вклад частных структур, а также Институт международных и стратегических исследований (ИРИС). Размеры такого финансирования опять-таки несопоставимы с бюджетом американских международников, что тоже не может не иметь соответствующих последствий, касающихся как количественной, так и качественной стороны французских исследований.

<< | >>
Источник: А. П. Цыганков, П. А. Цыганков. Социология международных отношений: Анализ российских и западных теорий: Учебное пособие для студентов вузов. — М.: Аспект Пресс. — 238 с.. 2006

Еще по теме 6.1. Истоки и основные направления:

  1. Основные направления в исламе
  2. 2. Основные направления проверки
  3. 6.4. Основные направления экологизации материального производства
  4. 3.4. Основные виды и направления природопользования
  5. Основные направления муниципальной социальной политики
  6. 15.3. Основные принципы и направления реформирования ЖКХ
  7. 12.2. Основные направления кадровой работы руководителя
  8. ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ БЮДЖЕТНОЙ РЕФОРМЫ
  9. Основные направления охраны и защиты литосферы
  10. 2. Основные направления аудита учредительных документов
  11. 2. Основные направления проверки издержек производства и обращения
  12. Гиава II. Основные направления деятельности органов Федеральной службы безопасности
  13. Основные направления деятельности в рамках ШОС
  14. Основные направления анализа состава населения
  15. 7.7. Каковы основные направления внешнеполитической деятельности России в XVIII в. ?