<<
>>

Свобода доступа к информации. Гласность


Несмотря на то, что принцип свободы слова и принцип гласности регулируют отношения совершенно разных субъектов, и свобода слова, и гласность неразрывно связаны как раз журналистской деятельностью.
Действительно, при полной свободе слова и полном отсутствии гласности журналисту не о чем будет говорить. Напротив, при полной гласности и полном отсутствии свободы слова говорить будет негде.
И в том и в другом случае потребитель не сможет получать информацию. Более того, между наличием исходной информации и возможностью ее публикации должен быть установлен определенный баланс. Если превалирует объем информации над возможностью ее обнародования, то возникает задача ее фильтрации, решение которой требует отдельных энергетических и организационных ресурсов.
При слишком большом дисбалансе возникает информационная перегрузка, выгорание персонала и в итоге коллапс — катастрофическое зашумление информационного канала. При обратной ситуации превалирования возможностей публикации над возможностями получения информации журналист решает задачу разжижжения фактов, бесконечно повторяя одно и то же, делая акцент на второстепенных деталях.
Эту ситуацию часто можно наблюдать на телевидении, когда в прямом эфире сообщается о каком-то важном событии, как правило, негативном. Корреспондент из студии, спрашивает, что сейчас происходит, а корреспондент на месте сообщает, что у него за спиной ходят люди в камуфляже. И так от репортажа к репортажу по всем каналам. Нечто подобное происходило после гибели подводной лодки «Курск», когда в течение нескольких месяцев в каждом новостном выпуске сообщалось о сверлении очередного технологического отверстия.
И в том и в другом случае СМИ сообщали: «Мы в центре событий. Мы держим руку на пульсе». Хотя за этим сообщением ясно читалось: «Мы ничего не знаем о происходящем, а то, что знаем, нам запрещено говорить». Конечно же, отсутствие доступа к информации приводит к произвольным, зашумленным и досужим трактовкам происходящего, неадекватной подаче значимости про
исходящего, сознательному, но чаще неосознанному забалтыванию действительно важных событий.
Такое положение не выгодно ни журналистам, ни читателям, ни тем, кто этой информацией владеет, но не хочет ею делиться. Тут серьезная проблема. Владеющие информацией устанавливают такие отношения со СМИ, чтобы секретную информацию паче чаяния не выдать и у аудитории не создать впечатления, что от нее по- прежнему что-то скрывают.
Таким образом, гласность — это не оборотная сторона принципа свободы слова, а ее органичная часть.
Анализ содержательности и информационной емкости публикаций может рассказать о степени становления гражданского общества. Именно актуализация внимания многих средств массовой информации, правозащитных организаций и общественных объединений, отдельных граждан к проблемам, связанным с получением информации, свидетельствует о том, что в России происходят процессы, позволяющие говорить о становлении гражданского общества.
Действительно, существование правового государства и гражданского общества немыслимо без реального обеспечения ПРАВА граждан ЗНАТЬ. «Недаром Центр «Трансперенси Интернешнл — Россия» вынес в качестве эпиграфа к разработанной им «Концепции закрепления права граждан на доступ к информации о деятельности органов государственной власти и муниципального управления» следующий постулат: «Демократия без права граждан знать — фарс. Право граждан знать без процедур — блеф. Процедуры без граждан, стремящихся знать, — трагедия»».
Среди других общественных организаций, курирующих эту тему, назовем Фонд защиты гласности, Правозащитный фонд «Комиссия по свободе доступа к информации», Институт проблем информационного права.
Право доступа к информации предоставляется всем гражданам, однако подразумевает отдельные права для журналистов. Кроме того, следует различать право доступа к информации частных лиц, юридических лиц, общественности, и к информации, которой владеют государственные структуры и органы власти. Последняя область и наиболее полно прописана в законе.

В настоящее время более 50 стран приняли общенациональные законы о доступе к информации, причем более чем в половине из них законы были приняты за последние десять лет[209].
Все согласны с тем, что успешная реализация правовых механизмов законодательства о доступе, которые обеспечивают гражданам возможность получения информации, находящейся в распоряжении органов власти, помимо собственно гарантирования конституционного права гражданина, имеет такие следствия, как: открытость государственной власти и ясность политического курса; снижение возможностей для коррупционных правонарушений; повышение административной культуры и установление традиции отчета служащих в своей деятельности перед обществом; оптимизация делопроизводства в органах власти; признание прозрачной власти обществом.
Прежде всего, проблема доступа к информации касается журналистов, так как для них она является предметом трудовой деятельности. Статья 38 Закона РФ о СМИ декларирует право граждан на оперативное получение достоверной информации через СМИ.
Этой статьей СМИ наделяется функциями посредника между государством и гражданами, которые для реализации этой функции наделяются особыми правом по сбору и получению информации. Например, ст. 47 Закона РФ о СМИ предоставляет журналисту право запрашивать информацию.
В ст. 39 и 40 право запрашивать информацию о деятельности государственных органов и организаций, общественных объединений, их должностных лиц, предоставлено редакции в виде запроса. Причем запрос возможен как в письменной, так и в устной форме. Однако получить письменный отказ о предоставлении информации в определенный срок можно только в случае письменного же запроса (п. 1 и 3 ст. 40).
Процедуру получения такого запроса иллюстрирует схема (рис. 7.1).
Но, с другой стороны, из этой схемы следует, что журналист, не являющийся штатным сотрудником редакции, практически не может требовать ответа на свой запрос.

Подготовка запроса
Адресовать руководителю государственного органа (организации), общественного объединения или в соответствующую пресс-службу (ст. 39 ЗоСМИ) Запрос должен касаться деятельности этих государственных органов (организации), общественных объединений и их должностных лиц (ст. 39 ЗоСМИ) Подписать запрос у редактора (зам. редактора) (ст. 39 ЗоСМИ) Обосновывать необходимость получения информации не требуется (ч. 1, ст. 12 ЗоИ)

Направление запроса редакцией получение запроса адресатом gt;

1

Ожидание ответа

До 3 дней (срок, в который должно быть направлено в СМИ уведомление об отсрочке или об отказе — с указанием причины) ст. 40 Закона о СМИ

До 7 дней (срок, в который должна быть предоставлена информация) ст. 39 Закона о СМИ

Неполучение ответа получение неудовлетворительного ответа в срок gt;

lt;

Реакция на отсутствие (удовлетворительного) ответа

Обращение с жалобой в вышестоящий подчиненный орган

Обращение в суд с требованием: устранить допущенные нарушения ЗоИ и ЗоСМИ возместить понесенные редакцией убытки (ч. 3 ст. 61 ЗоСМИ, ч. 2 ст. 13, ч. 1 ст. 24 ЗоИ)

Обращение в прокуратуру с жалобой на несоблюдение законодательства


Возможные
последствия gt;

1


Дисциплинарная

Административная

Гражданская

Уголовная

ответственность

ответственность

ответственность

ответствен

(ст. 58 ЗоСМИ,

(ст. 201, 406 ГПК,

(ст. 15, 16 ГК)

ность

ч. 3 ст. 24 ЗоИ)

ст. 206 АПК)


(ст. 140 УК)


Рис. 7.1. Алгоритм получения информации по письменному запросу редакции

Тем не менее, даже штатным журналистам довольно часто приходится сталкиваться со случаями необоснованного отказа в доступе к информации. Чаще всего, по словам руководителей печатных СМИ, отказы поступают от правоохранительных органов, а мотивами таких отказов служат ссылки на засекреченность информации.
Авторы статей, посвященных доступу граждан и журналистов к информации, дают правовой комментарий подобных случаев. Право свободно получать информацию закреплено в целом ряде российских нормативных актов и в международных договорах. Причем в соответствии с п. 3 ст. 15 Конституции РФ международные договоры, ратифицированные Россией, имеют приоритет над нормами национального законодательства. Далее следует Основной закон Российского государства — Конституция РФ, ст. 29.
В соответствии с ним доступ физических и юридических лиц к государственным информационным ресурсам законодатель назвал «основой осуществления общественного контроля за деятельностью органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных, политических и иных организаций, а также за состоянием экономики, экологии и других сфер общественной жизни»[210].
Аналогичное положение содержится и в Указе Президента РФ, в котором сформулированы Принципы информационной открытости. Они выражаются, в частности, в «доступности для граждан информации, представляющей общественный интерес или затрагивающей личные интересы граждан; в систематическом информировании граждан о предполагаемых или принятых решениях; в осуществлении гражданами контроля за деятельностью государственных органов, организаций и предприятий, общественных объединений, должностных лиц и принимаемыми ими решениями, связанными с соблюдением, охраной и защитой прав и законных интересов граждан»[211].
Сегодня насчитывается около 50 различных видов конфиденциальной информации[212]. При этом наиболее часто в отказах предоставить ту или иную информацию фигурирует государственная тайна,
служебная и/или коммерческая тайна, а также тайна предварительного расследования, однако далеко не всегда обосновано.
В журналистской практике есть примеры, когда после опубликования критической статьи, касающейся деятельности администрации области или региона, пресс-служба исключала редакцию той или иной независимой газеты из своего списка рассылки. Таким образом, газета была не только лишена официальных пресс-релизов местной администрации, но и не извещалась о пресс-конференциях и заседаниях чиновников.
Это достаточно распространенная, к сожалению, ситуация во взаимоотношениях независимых СМИ и властных структур. С юридической точки зрения, эту ситуацию можно представить следующим образом. В соответствии со ст. 12 Закона «Об информации, информатизации и защите информации» (далее Закона РФ об информации) все пользователи (граждане, организации, общественные объединения, органы власти) обладают равными правами на доступ к государственным информационным ресурсам и не обязаны обосновывать перед владельцами этих ресурсов необходимость получения запрашиваемой информации.
В п. 4 этой же статьи сказано, что «органы государственной власти обеспечивают условия для оперативного и полного предоставления пользователю документированной информации» (пресс- релизы, решения, постановления органов власти и т.д.). В соответствии со ст. 38 Закона РФ о СМИ граждане вправе оперативно получать через СМИ «достоверные сведения о деятельности государственных органов, их должностных лиц». Следовательно, органам власти вменяется соответствующая обязанность. Однако эту обязанность они часто игнорируют.
Поэтому автор комментария рекомендует прибегнуть к нетрадиционному в журналистской среде способу, а именно запросить у администрации Положение о пресс-службе и Правила предоставления информации. Следует дождаться ответа на запрос и оценить предоставленные материалы с точки зрения соответствия действующему законодательству.
Достаточно частым аргументом при отказе в предоставлении информации является ссылка на так называемую служебной тайну, но «служебной тайны» у органов власти и местного самоуправления принципиально быть не может[213].

Не подлежат отнесению к государственной тайне и засекречиванию также сведения о фактах нарушения прав и свобод человека и гражданина, о фактах нарушения законности органами государственной власти и их должностными лицами, в соответствии с Законом «О государственной тайне». Решения же должностных лиц о засекречивании этих и других, перечисленных в ст. 7 названного Закона сведений, могут быть обжалованы гражданами в суде.
Несколько иная ситуация с правом доступа к информации, принадлежащей физическим и юридическим лицам (в основном, коммерческим организациям и унитарным предприятиям), а также физическим лицам.
Федеральный закон «Об информации, информатизации и защите информации» закрепляет за физическими и юридическими лицами право собственности на документы, массивы документов, «которые созданы за счет их средств, приобретены ими на законных основаниях, получены в порядке дарения или наследования». Такая трактовка закона предоставляет собственникам информационных ресурсов право самим определять режим и правила доступа к информации, порядок получения информации пользователями[214]. Закон также говорит о возможности владельцев информационных ресурсов обеспечивать потребителей информацией не только на основе законодательства, уставов, но также положений о них и договоров на услуги по информационному обеспечению.
Есть здесь и исключения. Так, юридические лица, как коммерческие, так и некоммерческие, обязаны предоставлять гражданам информацию о санитарно-эпидемиологической обстановке, состоянии среды обитания, качестве и безопасности продукции производственно-технического назначения, пищевых продуктов, товаров для личных и бытовых нужд, потенциальной опасности для здоровья человека выполняемых работ и оказываемых услуг[215].
Есть и ограничения. Например, банк не вправе предоставлять информацию о банковских счетах, банковских вкладах, операциях по счету, а также сведения о клиенте. Есть также ограничения, связанные с врачебной, адвокатской и другими «профессиональными тайнами», упоминаемые в Законе, присутствующими в соответствующих этических кодексах или просто являющиеся общепринятой практикой.

ИЛЛЮСТРАЦИЯ
Суд не понял «свободы слова»
Громкий скандал в Вашингтоне — окружной федеральный суд приговорил журналиста газеты «Нью-Йорк таймс» Джудит Миллер к тюремному заключению за отказ раскрыть свои источники информации.
Если Миллер не изменит решения, то ей предстоит провести за решеткой по меньшей мере четыре месяца. Как говорят очевидцы, журналистка с невозмутимым видом выслушала вердикт, сняла с шеи дорогое ожерелье и под конвоем направилась в тюрьму.
Проблемы Миллер начались тогда, когда незадолго до войны в Ираке «Нью-Йорк таймс» опубликовала статью бывшего посла США в Нигере Джеймса Уилсона. Он обвинил администрацию Джорджа Буша в подтасовке фактов. В то время Белый дом утверждал, что режим Хусейна пытался закупить в Нигере уран. Уилсон заявил, что по заданию американских спецслужб посещал эту африканскую страну, но не нашел доказательств, подтверждающих ядерные планы Багдада.
Однако журналистов заинтересовало, каким образом бывший посол, имевший весьма неоднозначную репутацию в госдепартаменте США, получил столь ответственное задание. Ответ на этот вопрос дал в «Нью-Йорк таймс» один из самых известных обозревателей газеты Роберт Новак. По его сведениям, задание Уилсон получил по протекции своей жены, секретного агента ЦРУ Валерии Плейм. При этом газета ссылалась на источники в американской администрации. Сообщив о Плейм, которая числилась сотрудником несуществующей фирмы, а на самом деле занимала в ЦРУ пост аналитика, Новак, а позднее Миллер и корреспондент журнала «Тайм» Мэтью Купер нарушили, с точки зрения американской Фемиды, закон 1982 г. «О защите личности разведчиков». Избежать тюремного заключения журналисты могли, только сообщив правоохранительным органам источники своей информации. Купер дал согласие на сотрудничество с прокуратурой. Другой фигурант этого громкого дела — Роберт Новак — также избежал наказания. И единственным ответчиком на процессе в итоге оказалась Миллер.
Следователи подозревали, что ее осведомителем в президентской администрации мог быть главный политический советник президента Карл Роув или люди из аппарата вице-президента Ричарда Чейни. Но без показаний журналиста не смогли подтвердить свою версию.
Двусмысленность решению суда придает и тот факт, что в 31 штате США действуют «щитовые законы». Они защищают журналистов, не желающих раскрывать источники своей информации. Однако на федеральном уровне таких законов не существует. «Если

люди не смогут доверять журналисту, обещавшему хранить их секреты в тайне, Америка останется без свободной прессы», — сказала на суде в своем последнем слове Миллер. Ее адвокат пытался убедить прокуратуру в слабом здоровье журналистки и ее 76-летнего мужа. Однако обвинение было непреклонно.
«Миллер работала в пустыне во время войны в Ираке и поэтому лучше других физически и морально подготовлена к тюремному заключению», — объяснил причины столь жесткого приговора федеральный судья Томас Хоган. В качестве же формального повода для задержания журналиста он назвал «неуважение, проявленное им к суду».
Важной частью Закона РФ об информации является указание на обязанность обеспечивать население информацией о событиях, фактах или явлениях, создающих опасность для жизни или здоровья людей либо для окружающей среды, которая специально возложена на физических и юридических лиц, а также ответственность за ее невыполнение.
Закон также предполагает наличие нормативной базы, определяющей обязанность юридических лиц независимо от их организационно-правовых форм и физических лиц предоставлять информацию о состоянии окружающей природной среды и чрезвычайных ситуациях. Провозглашен принцип гласности и открытости информации в области защиты населения от чрезвычайных ситуаций.
Осознавая исключительную значимость своевременного и достоверного получения населением информации о чрезвычайных ситуациях и состоянии окружающей среды, законодатель закрепил за журналистами право посещать специально охраняемые места стихийных бедствий, аварий и катастроф, массовых беспорядков и массовых скоплений граждан, а также местности, в которых объявлено чрезвычайное положение, присутствовать на митингах и демонстрациях[216].
Но возникает и другая проблема конфиденциальности информации, т.е. какую информацию кто вправе не выдавать и кому, и кроме того, обязан ли при этом объяснять причину. 
<< | >>
Источник: Коханова Л.А., Калмыков А.А.. Основы теории журналистики. 2009

Еще по теме Свобода доступа к информации. Гласность:

  1. Глава 5 Информационное обслуживание – система доступа к информации
  2. НЕПРАВОМЕРНЫЙ ДОСТУП К КОМПЬЮТЕРНОЙ ИНФОРМАЦИИ (ст. 272 УК РФ).
  3. § 4. Гласность местного самоуправления
  4. Принцип гласности.
  5. Статья 10. Гласность судебного разбирательства
  6. Статья 10. Гласность судебного разбирательства
  7. BIOS и прямой доступ
  8. § 7. Обеспечение свободы совести и свободы вероисповедания осужденных
  9. 5.4.4. Порядок доступа к сведениям реестра
  10. Прямой доступ или BIOS?
  11. КЕЙС: ОПЕРАЦИИ «ДЛИТЕЛЬНАЯ СВОБОДА» И «СВОБОДА ИРАКА» (OEF/OIF)
  12. 10.10. Исключение доступа к рынку, принудительный ассортимент, барьеры входа