<<
>>

Закарпатская Украина (конец 1944 - 1945 год)

Уже в ходе освобождения Закарпатья войсками 4-го Украинского фронта Красной армии, несмотря на указание Генштаба командирам подразделений разъяснять встречавшему их населению освободительную миссию Красной армии на территории своего союзника — Чехословакии, развернулось мощное стихийное движение за воссоединение края с родственным народом Советской Украины. На местах возникали органы власти — народные комитеты, — которые брали власть в свои руки. Во второй половине октября — первой половине ноября 1944 года быстрыми темпами возрождалась политическая жизнь в крае.
Ее возглавили вышедшие из подполья коммунисты и партизаны. (В этих условиях остатки других партий не осмелились поднимать голову.) Они возродили коммунистические организации на местах и к концу второй декады ноября 1944 года создали самостоятельную Коммунистическую партию Закарпатской Украины. Следует напомнить, что гитлеровская Германия в 1939-м отдала Карпатскую Украину хортистской Венгрии, против этого официально протестовал Советский Союз. Но 21 июня 1941 года в ноте- меморандуме Министерства иностранных дел Германии, переданной советскому правительству уже после нападения на СССР, Германия неуклюже пыталась собрать воедино свои обвинения в адрес правительства Москвы, призванные оправдать вероломное нападение. Между прочим, в меморандуме упомянуто и население Закарпатской Украины. Сделано это было в таком плане: коммунистическая пропаганда в Венгрии «действовала прежде всего среди русинского населения, которое она пленила надеждами освобождения Советской Россией»1. Согласно договоренности между правительством СССР и лондонским правительством Чехословакии в изгнании, на освобожденную часть Закарпатья, в Хуст, прибыла миссия этого правительства во главе с министром Франтишеком Неме- цем (в нее входили и гражданские и военные отделы). Целью миссии было восстановление власти правительства Чехословакии по его разумению. По договоренности с командованием 4-го Украинского фронта миссия получила право проводить свою деятельность за линией фронта только на территории пяти восточных округов края, но сразу наткнулась на трудности, связанные с уже созданными там органами власти — народными комитетами. В составе этой чехословацкой миссии был и Иван Туряница, бывший в домюн- хенской Чехословакии руководителем красных профсоюзов и хорошо знавший настроение населения Закарпатья. В дни оккупации Карпатской Украины венгерскими войсками он эмигрировал в СССР. Там он прошел подготовку борьбы с нацистским агрессором, а когда на территории СССР были созданы воинские чехословацкие подразделения для борьбы с гитлеровцами совместно с войсками Красной армии, он стал политработником (по тогдашней чешской терминологии — культработником, или просветителем) в первой бригаде чехословацких войск. Прибыв в Закарпатье и увидев начало создания двоевластия, Туряница порвал с командой Немеца и возглавил движение за воссоединение края с Советской Украиной. На первом съезде Компартии Закарпатской Украины он был избран первым секретарем ЦК. Съезд принял решение вести борьбу за воссоединение края с Советской Украиной. 26 ноября 1944 года в Мукачеве собрался съезд представителей народных комитетов Закарпатской Украины и единогласно принял манифест, обязавший образованную там Народную раду Закарпатской Украины осуществить вековую мечту населения края — воссоединиться в едином украинском государстве — Украинской Советской Социалистической Республике.
Правительство Закарпатской Украины немедленно направило в адрес верховных органов СССР и УССР соответствующую просьбу Председателем Народной рады Закарпатской Украины был избран Иван Туря- ница. Ему пришлось добиваться проведения этих решений в жизнь. Но его труд не был оценен по достоинству — даже Никита Хрущев в своих воспоминаниях, в которых сплошь и рядом перепутаны события, уже после смерти Туряницы рекомендовал Киеву (из Москвы): «Подумайте, ведь он заслуживает того, чтобы как- то отметить его деятельность в Закарпатье. Он сыграл там положительную роль в конце войны»2. Закончил он тем, что не знает, что в этом плане было сделано. В 1941 году на Западе уже занимались планами послевоенного устройства в мире. По просьбе Великобритании памятную записку по этому вопросу составил 1 февраля и Эдвард Бенеш. В ней в отношении Подкарпатской Руси сказано, что он считает ее составной частью Чехословацкой республики и «никогда не откажется от этой точки зрения». Наоборот, как только позволят обстоятельства, она опять должна быть возвращена под управление Чехословакии3. Как было сказано выше, в разговоре с советским полпредом в Лондоне осенью 1939 года он высказывал другое мнение, которое импонировало правительству Советского Союза, хотя оно тогда открыто на это не реагировало. В 1941 году и в Советском Союзе началась подготовка к созданию правительственной комиссии, в задачу которой были включены разработки вариантов будущего мира и связанные с этим вопросы стратегии. В конце октября 1941 года один из заместителей наркома иностранных дел Лозовский С.А. подготовил И.В. Сталину записку с предложением создать две комиссии: финансово-экономическую и политическую, которая занялась бы разработкой вопросов границ Советского Союза, Германии, ее союзников и государственного устройства этих стран в послевоенный период. События развивались следующим образом. На заседании Политбюро ЦК ВКП(б) 28 января 1942 года было принято постановление о комиссии по послевоенным проектам государственного устройства стран Европы, Азии и других частей мира. В нем определялись задачи и утверждался состав комиссии по подготовке материалов. В нее вошли: Вячеслав Молотов — председатель и члены — А.Я. Вышинский, В.Г Декано- зов, С.А. Раковский, А.А. Соболев, К.А. Уманский, Я.В. Суриц и Й. Варга. Вопросы Центральной Европы входили в компетенцию Деканозова и Сурица. Рассматривая стратегические вопросы, комиссия рекомендовала иметь на западных границах соседями дружественные государства и получить возможность оказывать свое влияние на государства Центральной и Юго-Восточной Европы. В качестве проводника своего влияния была рекомендована Чехословакия. Для этого планировалось создание мощного чехословацкого государства и установление с ним общей границы, как это предлагал в своей первой беседе с И.М. Майским в Лондоне Эдвард Бенеш. Уже тогда в этой комиссии обсуждалась проблема выселения немцев из Чехословакии, возвращения ей Тешинской области, принадлежащей тогда Польше и, если появится иная возможность, то прирезать к ней дополнительные территории4. 4 сентября 1943 года постановлением Политбюро ЦК ВКП(б) при Народном комиссариате иностранных дел была образована комиссия по вопросам мирных договоров и послевоенного устройства под председательством М.М. Литвинова (тогда заместителя наркома иностранных дел и одновременно полпреда СССР в США) и комиссия по вопросу перемирия под руководством К.Е. Ворошилова. В связи с границами Чехословакии затрагивался вопрос и Закарпатской Украины (в материалах комиссии Литвинова она фигурировала как Прикарпатская Украина). Комиссия считала, что СССР выгодно стремиться к созданию сильной Чехословакии, которая ввиду политических настроений ее населения, а также в связи с недавним подписанием советско-чехословацкого пакта о взаимопомощи на 20 лет, способна быть важным проводником «нашего влияния» в Центральной и Юго-Восточной Европе. Следовательно, и эта комиссия по стратегическим соображениям высказалась за общую границу с этой страной5. В этом плане нужно прежде всего учитывать и решение проблемы Закарпатской Украины. Уместно сказать, что некоторые научные работники, так или иначе затрагивавшие в своих трудах эту проблему, выражают сомнение насчет правомерности оценки движения в Закарпатье за воссоединение как стихийного. Одни исследователи идут на поводу формулировок, содержащихся в документах — донесениях тех представителей лондонского чехословацкого правительства в изгнании, которые преследовали цели определенной политической группы и, находясь в тылу, нарушали условия военного коман дования фронта, провоцировали конфликт с ним. Некоторые из исследователей восстают против термина «воссоединение», потому что Закарпатье никогда не входило в состав Украины. Но тот, кто внимательно читал документы, в которых Вячеслав Молотов употреблял этот термин, заметил бы, что он этого и не утверждал — он имел в виду объединение народов в едином государстве. Молотов употреблял слово «воссоединение» так, как оно толкуется в первом томе четырехтомного словаря русского языка. В.В. Марьина в своей книге дважды возвращается к этому вопросу. Приведем одну цитату: «Термин «воссоединение», в действительности не отвечавший исторической правде, поскольку Закарпатская Украина никогда не входила ни в состав России, ни в состав Украины»6. А ведь употребление этого термина в данном конкретном случае этого и не требует. Сам президент Бенеш, особенно после подписания договора с СССР в декабре 1943 года, несмотря на свои прежние высказывания советским дипломатам в Лондоне, давал указания в инструкциях своим представителям на удержание Подкарпатской Руси в составе Чехословакии в послевоенный период. Кроме этих проблем, у отдельных исследователей возник ряд вопросов, касающихся правовых претензий того или другого государства на владение территорией Закарпатской Украины. Они поднимались как авторами разделов или параграфов второго тома «Очерков» истории края, изданных в Ужгороде на украинском языке (особенно в параграфах последней главы тома, принадлежащих перу И.М. Гранчака и М.П. Макары), так и в авторской позиции В.В. Марьиной, а также в приведенных в ее книге документах или выдержках из них. Самым большим недостатком книги, названной последней, является недоразумение, связанное с непризнанием ею различий в смысле слов «народный» и «национальный», одинаковом в украинском и русском языках и отличном в чешском. Так, в чешском языке «народни» означает «национальный» (например, «народни вибор» означает «национальный комитет»), а слову «народный» в чешском языке соответствует «лидови» (например, «лидова република» — народная республика). Поскольку В.В. Марьина пользовалась в основном документами чешского происхождения, авторы которых употребляли эти слова в чешском понимании, и эти термины как-то по недосмотру переводчиков перекочевали в издания на русском языке, эти понятия были, мягко говоря, искажены. Чтобы не быть голословным, следует упомянуть о следующем. Документ № 31у В.В. Марьиной озаглавлен «Манифест первого съезда национальных комитетов Закарпатской Украины», в то время как он официально назывался: «Манифест первого съезда народных комитетов Закарпатской Украины о воссоединении Закарпатской Украины с Советской Ук- раиной»7. Останавливаясь на изложении основных положений названного документа, Марьина указывает на некоторые изменения, внесенные постфактум в этот исторический документ. Воспроизведем дословно: «Съезд единодушно принял постановление, гласящее: «1. Воссоединить Закарпатскую Украину со своей великой матерью Советской Украиной. 2. Просить Верховный Совет Украинской Советской Социалистической Республики и Верховный Совет Союза Советских Социалистических Республик включить (в последующих публикациях документа это слово было заменено на «принять». — В. М.) Закарпатскую Украину в состав Украинской Советской Социалистической Республики. 3. Избрать Народную Раду (в дальнейших публикациях — Народный Совет. — В. М.) как единственную центральную власть, действующую по воле народа на территории Закарпатской Украины. 4. Уполномочить и обязать (слово «обязать» в дальнейших публикациях исключено. — В. М.) Народную Раду Карпатской Украины осуществить постановление съезда о присоединении Закарпатской Украины к Советской Украине»8. Под последующими изданиями, по- видимому, надо полагать совместное советско-чехословацкое издание документов и материалов по истории советско- чехословацких отношений, конкретно вторую книгу четвертого тома 1983 года издания. Трудно судить, кому из составителей и редакционной коллегии тома принадлежит идея «улучшить» текст исторического документа, что в мировой практике в серьезных научных изданиях вообще не принято. Но факт остается фактом — в рассматриваемом документе по всему его тексту в издании на русском языке проведена замена слова «воссоединение» на «присоединение», за исключением первого пункта постановляющей его части. Даже второе предложение первого абзаца манифеста в этом варианте звучит: «Окончилось столетнее господство чужеземцев на исконной земле Закарпатской Украины». В оригинале же сказано: «Положен конец многовековому господству венгров и всех чужеземцев на исконных украинских землях Закарпатской Украины». Кстати, взаимоотношения чехословацкого (лондонского) правительственного делегата Франтишека Немеца и генерала Гасала (провозгласившего себя главнокомандующим чехословацких войск) на освобожденной части Закарпатской Украины с командующим войсками 4-го Украинского фронта генералом армии И.Е. Петровым и членом военного совета фронта Л.З. Мехлисом освещены по односторонним чехословацким источникам, ранее опубликованным в Праге. Симпатии автора книги в споре сторон по нарушениям советско-чехословацких договоренностей явно на стороне чешских представителей (он считает позицию командования 4-го Украинского фронта по отношению к чехословацкой правительственной делегации «фарисейской» и «лицемерной»), хотя командование советских войск не могло не реагировать на действия гражданских и военных представителей чехов, создававших резервный полк и другие военные службы в тылу Красной армии в полосе военных действий фронта, причем не пополняя войсками 1-й чехословацкий корпус. Чешская администрация протестовала против того, чтобы советское командование принимало заявления от русских и украинцев, желавших добровольно сражаться в рядах армии против венгерских и немецких захватчиков. Чашу терпения переполнило появление без уведомления командования фронта около 40 офицеров чехословацкой армии (контрразведки) из-за рубежа, которые, переодевшись в гражданскую одежду, пробрались в запретную зону военных действий. В книге много мест, содержащих домыслы. К таким относятся и рассуждения о причине отставки Петрова с должности командующего фронтом. Автор хотел бы связать это с конфликтом с Немецем, слабым продвижением войск фронта в январе — феврале 1945 года. А ведь Петров был переведен на работу на другой фронт в конце марта, когда войска 4-го Украинского фронта уже вели бои за освобождение промышленного района Моравской Остравы. На эту проблему проливает свет документ, направленный Ставкой Верховного главнокомандования за подписью Сталина и Антонова лично Петрову и Мехлису, опубликованный во втором томе воспоминаний маршала Советского Союза К.С. Москаленко9. В нападках на военное командование и центральную власть Советского Союза не отставали и авторы второго тома «Очерков», изданных в 1995 году в Ужгороде, похлестче подбирая выражения. Они не приняли во внимание «правку», осуществленную в четвертом томе документов о советско-чехословацких отношениях на русском языке, хотя и сообщили, что И.И. Поп «нашел в московских архивах» экземпляр манифеста на русском языке, и цитировали первоначальный вариант. Однако И.М. Гранчак счел возможным поставить под сомнение всенародный характер съезда. Он сообщил читателям: на первом съезде присутствовали 663 делегата, а в Закарпатье было более 500 населенных пунктов. Но он не учел, что это были делегаты народных комитетов, при создании которых мелкие населенные пункты присоединялись к более крупным. Не выдерживают критики и все перечисленные им примеры противников воссоединения. Красноречиво против этого говорит следующий факт. Узнав о готовящемся съезде представителей народных комитетов в Мукачеве, Немец срочно созвал представителей пяти округов в Хуст, чтобы опередить Мукаче- во и образовать там земскую управу, то есть областную чехословацкую администрацию. Это совпало с приглашением Немеца к Петрову на 13.30. Первоначально он даже отказал Петрову. Только когда убедился, что на созванное им совещание никто не пришел, он послал Петрову телеграмму: прибудет к 13 часам. Гранчак назойливо в третьем параграфе несколько раз возвращался к утверждению, что съезд народных комитетов, хотя и был наибольшим форумом в истории Закарпатья, но все же не был всенародным, и выискивал те социальные и национальные слои, которые могли бы быть против такого решения. Он не учел, что значительная часть коллаборационистов в октябре бежала в обозе венгеро-немецких оккупантов, более 100 тыс. евреев из Закарпатья уже были вывезены в германские лагеря смерти и физически уничтожены. Десятки тысяч украинцев — узников венгерских тюрем и лагерей интернированных еще не возвратились домой, как и тысячи насильственно мобилизованных на военные работы. Не собирались возвращаться в Закарпатье и немцы, мобилизованные в германские войска СС. Служивших в венгерской армии солдат, с приближением Красной армии разбежавшихся по домам, собирали в ка честве военнопленных. Если бы Гранчак учел все это, то не написал бы, что лишь треть населения была тогда за воссоединение с Советской Украиной. Поднят им и вопрос о референдуме, который предлагал провести Бенеш. Но ведь тот факт, что манифест подписали более четверти миллиона населения края10, то есть почти все взрослое население, Гранчак признает. Однако Марьина разделила точку зрения Виднянского и Гайдоша, ошибочно утверждавших, что число подписавших «Манифест» составило лишь 50% взрослого населения. В таком случае население края должно было насчитывать уже более миллиона человек, что произошло только позже — в течение 50 лет. Гранчак пустился в излишние рассуждения об авторстве текста манифеста. Он утверждал, что документ написан в кабинетах ЦК ВКП(б), ибо ни один «настоящий» закарпатец не мог бы критиковать положение населения края в чехословацкий период наравне с прежним венгерским господством, не мог бы употребить термин «закарпато-украинский народ», поскольку там живут и другие народы: венгры, немцы, румыны, словаки. А ведь это выглядит подтасовкой. Речь идет о борьбе украинского населения края за воссоединение с УССР. В то время число румын, словаков, немцев в Закарпатье было очень небольшим — значительным по численности оставалось только венгерское национальное меньшинство. (Желицки писал, что венгры на этом съезде представлены не были, а М. Троян, изучавший социальный и национальный состав его делегатов, писал, что там присутствовало 12 венгров, конкретно указав, от каких населенных пунктов, два немца, несколько евреев, три словака и один цыган)11. Продолжая фантазировать вокруг авторства манифеста, Гранчак полагал, что оно принадлежит ученому или политическому деятелю «киевско-московских кругов». Он высказывал свое убеждение, что с текстом его знакомились и редактировали и Л. Брежнев, возглавлявший политотдел 18-й армии, и Л. Мехлис, которого он называет не членом военного совета фронта, кем тот в то время был, а командовавшим «органами НКВД в Закарпатье», и Н. Хрущев, возглавлявший ЦК КП(б)У. Среди закарпатских коммунистов, возглавлявших движение за воссоединение, утверждал он, и вообще среди политического актива в целом в те времена не было человека, который мог бы написать такой документ. «Мы разделяем точку зрения, — писал он, — что «Манифест» был составлен в кабинетах ЦК ВКП(б) и послан в Киев для перевода на украинский язык». Он рассмотрел и ряд других вариантов и предложений, высказывавшихся за пределами зала заседания, не имевших никакого влияния на единогласное принятие решения съезда, обратившегося к верховной власти Украины и СССР с просьбой воссоединить Закарпатскую Украину с УССР На съезд было приглашено 126 гостей. Среди них было семь командиров партизанских соединений и отрядов, в том числе А. Тканко и В. Русин. Командование 18- й армии представлял начальник политуправления полковник Л. Брежнев и начальник 7-го отдела (работа среди населения) полковник С. Тюльпанов. Большинство приглашенных гостей составляли представители активных борцов за воссоединение прежних десятилетий. Их список и составил присутствовавший на съезде также в качестве гостя будущий профессор Ужгородского университета М. Троян. На съезде делегатов народных комитетов в Мукачеве 26 ноября 1944 года было провозглашено государственное образование Закарпатская Украина с единственным заданием — осуществить воссоединение края с Советской Украиной. Докладчиком на съезде по этому вопросу был избранный за неделю до того на съезде Компартии Закарпатской Украины первым секретарем краевой партийной организации Иван Туряница, который выполнил наряду с требованиями народных комитетов и рекомендацию Компартии. Кроме манифеста о воссоединении Закарпатской Украины с УССР и выходе из состава Чехословакии, зачитанного на съезде Д. Тарахоничем при всеобщем одобрении и торжественном ликовании, была создана законодательно-распорядительная государственная власть — Народная рада Закарпатской Украины, провозглашенная как единственно реальная власть, действующая по воле народа в крае. В нее были избраны 17 человек, председателем стал Иван Туряница, а заместителями — П. Линтур и П. Сова. Кроме того, съезд принял постановление о конфискации земельных угодий венгерских и немецких помещиков и бежавших с ними коллаборационистов и наделении землей и лесом крестьян, рабочих и служащих Закарпатской Украины. На следующий день было создано правительство Народной рады Закарпатской Украины. Члены его назывались уполномоченными Рады. Они возглавили отделы: внутренних дел и государственной безопасности (И. Ваш), коммунального хозяйства (П. Сова), финансов (Т. Иваш- ко), земледелия (М. Молдавчук), лесного хозяйства (М. Цуперяк), промышленности и торговли (С. Вайс), юстиции (С. Борецкий), образования (И. Керча), коммуникаций (Г Русин), здравоохранения (И. Керечанин), социального обеспечения (Ф. Чекан). Немедленно начался процесс социально-экономических преобразований. Совершенствовалась структура государственного управления, уточнялись функции окружных, городских и сельских народных комитетов, а также центральных органов Народной рады. Создавались общественные организации, в том числе профсоюзные, молодежные, кооперативные. Одновременно Народная рада распустила и запретила на территории края фашистские и профашистские партии и организации. 18 декабря 1944 года был создан Специальный суд Закарпатской Украины, рассматривавший в основном дела военных преступников и сотрудничавших с оккупационными властями. В тот же день был принят декрет Народной рады о создании вооруженных сил по защите края от внешних и внутренних врагов. Базировались они в основном на бывших партизанах с центральным штабом в Ужгороде и окружными штабами в центрах округов. Поскольку к их работе в силу необходимости привлекались на время рабочие и служащие, назывались они народной дружиной. Начальником центрального штаба был назначен Герой СССР А.С. Тканко. 15 апреля 1945 года декретом Народной рады на народную дружину была воз ложена и обязанность охраны государственной границы. Оперативное руководство было поручено начальнику центрального штаба народной дружины. Ему была подчинена и народная милиция. 17 декабря 1944 года в Мукачеве состоялся Первый съезд Союза молодежи Закарпатской Украины. На нем с изложением задач создаваемой организации выступил И. Туряница. Эти задачи заключались в поддержке Народной рады, ее целей и задач в осуществлении воссоединения Закарпатской Украины с УССР. Ей предстояло продолжить сбор подписей взрослого населения под манифестом Первого съезда народных комитетов, вступать в создаваемые вооруженные силы Закарпатской Украины для защиты от внешних и внутренних врагов (в том числе и происков тех членов чехословацкой лондонской правительственной делегации, которые выступали против стратегической задачи правительства края), поддерживать и проводить в жизнь все его начинания. Секретарем центрального комитета Союза молодежи Закарпатской Украины был избран Д. Тарахонич, его первым заместителем М.И. Бабидорич, а редактором газеты «Молодь Закарпаття» был утвержден В.В. Хайнас. Между тем продолжали обостряться отношения между Народной радой и правительственной чехословацкой (лондонской) делегацией, особенно военной ее частью. Делегация стремилась подчеркивать свои права, ссылаясь на советско-чехословацкий союзнический договор (декабрь 1943 года) и соглашение от 8 мая 1944 года, на основе которого в пяти восточных округах Закарпатья, освобожденных Красной армией, стремилась провести мобилизацию местного украинского населения в чехословацкую армию и установить свою администрацию. Дело дошло до того, что И. Туряница 30 ноября 1944 года в письме в адрес Немеца, в котором информировал его о решениях Первого съезда народных комитетов Закарпатской Украины, в том числе и о выходе Закарпатской Украины из состава Чехословакии, предложил ему и его «гражданскому и военному аппарату покинуть в трехдневный срок территорию Закарпатской Украины». Поскольку чехословацкое представительство продолжало настаивать на своих правах на владение Закарпатьем, 5 декабря Народная рада приняла решение, обязывавшее все сельские, городские и окружные народные комитеты прервать все сношения и связи с уполномоченным Чехословакии министром Не- мецем и его гражданской и военной администрацией, которая в настоящее время находится в Хусте, и по всем вопросам управленческого, военного и иного характера выполнять только распоряжения Народной рады и поддерживать служебные контакты только с ней12. В тот же день И. Туряница направил письмо и президенту Чехословакии с просьбой дать скорейшее указание Неме- цу об отъезде с территории Закарпатской Украины13. Бенеш решил Турянице не отвечать, а Немецу дал инструкцию: «Пусть будет, что будет, мы будем придерживаться договора и будем требовать от Москвы следования ему, ни от чего не откажемся и от своих прав не отступим»14. Сначала по поводу прав. О каких правах представители чехов говорили? Они господствовали в Закарпатье 20 лет и не выполнили ни одного пункта из постановлений Сен- Жерменского мирного договора о предоставлении краю автономии, о чем говорилось в одной из глав этой книги. Когда они после Мюнхена бросили страну на произвол судьбы, отказались защищать ее от немецко-фашистской агрессии и принять помощь Советского Союза, эмигрировали на Запад, передав власть сторонникам гитлеровской Германии, а Гаха и Хвалковский без одного выстрела приняли гитлеровский протекторат. Когда патриоты Закарпатья поднялись с оружием в руках против одновременной агрессии хортистов, чешский генерал Прхала приказал чешским войскам в Карпатской Украине покинуть ее через Словакию и Румынию. Они ушли, не оказав помощи сопротивлявшимся наступавшей регулярной армии венгров. Они потеряли не только юридическое, но и моральное право господствовать над населением края. Как складывались отношения советского правительства с лондонским правительством Чехословакии в изгнании в последующие годы войны? Президент Бенеш продолжал во всех своих инструкциях и указаниях подчиненным отстаивать позицию правительства о необходимости после войны восстановить Чехословацкую республику в домюнхенских границах. Но для этого прежде нужно было освободить ее из-под власти гитлеровских оккупантов. Для этого нужна была мощная армия, какой в то время обладал только Советский Союз. Таким образом, стратегические интересы двух стран совпали, Бенеш прибыл в Москву, и 12 декабря 1943 года был подписан Договор о дружбе, взаимной помощи и послевоенном сотрудничестве между СССР и Чехословакией. В беседах с Молотовым и Сталиным затрагивалась и проблема Закарпатской Украины, они выразили свое удовлетворение признанием чехословацкой стороной украинцами ее населения и готовностью в культурном отношении сблизить его с Украиной. Тогда еще не решался вопрос о будущей государственной принадлежности Закарпатской Украины, и Бенеш пытался получить согласие на сохранение ее в составе Чехословакии «с особым режимом автономии». Но тогда Сталин уклонился от ответа, как и в вопросе о переселении немцев и венгров из будущей Чехословакии. О событиях на территории Закарпатской Украины вплоть до декабря 1944 года кратко было уже рассказано. Действия Народной рады в отношении уполномоченного чехословацкого правительства в изгнании и его гражданских и военных служб Бенеш встретил негативно, но не рекомендовал применить против них насилие, прежде всего потому, что «у нас нет достаточных сил для этого». И в советском правительстве, куда была направлена просьба Первого съезда народных комитетов Закарпатской Украины о воссоединении края с УССР, думали о том, как бы решить этот вопрос при наличии договора СССР с Чехословакией с обещанием помочь восстановить Чехословацкую республику в домюнхенских границах. Но тут подвернулся случай. 27 декабря 1944 года заместитель наркома иностранных дел СССР А.Я. Вышинский принял посла Чехословакии З. Фирлинге- ра. Его сопровождал правительственный уполномоченный Немец и делегация Словацкого национального совета (СНС). Они просили обсудить с ними ситуацию в Закарпатской Украине и сотрудничество с военными Красной армии, освобождавшей Словакию. По первому вопросу зам- наркома высказал мысль, что там происходит сильное народное движение, движение национальное и исторически обоснованное, и от советского правительства нельзя ожидать, что оно захочет это движение тормозить и выступит против него. На следующий день Вячеслав Молотов принял делегацию в том же составе. На этот раз с ней прибыл и находившейся в Москве И. Петрущак, член чехословацкого Государственного совета в Лондоне от украинского крыла Закарпатья, член правительственной делегации (Немеца) на освобожденной территории. Нарком выслушал (в присутствии Вышинского) сообщения Фирлингера и Немеца, после чего посол спросил Молотова, есть ли у него какие-либо претензии к действиям чехословацкой делегации в Закарпатье и считает ли он, что с чешской стороны действия в чем-либо были ошибочны или неправильны. «Молотов ответил несколько уклончиво, — читаем в донесении посла, — что мы не могли ожидать от советского правительства, чтобы оно тормозило стихийное проявление воли населения, которое чувствует свою национальную принадлежность к великому украинскому народу». Из бесед с Молотовым у посла сложилось впечатление, что советское правительство смотрит на проблему Закарпатья как в принципе решенную ходом событий, но по просьбе чешской стороны оставляет ее открытой до того момента, когда об этом можно будет вести переговоры. На Немеца переговоры с Молотовым провели такое воздействие, что он рекомендовал (в депеше Бенешу) правительству немедленно заняться проблемой Закарпатской Украины, ибо исключено, чтобы чехословацкие административные органы могли действовать на ее территории против воли местного населения. В ответе — инструкции Немецу президент Бенеш с ним не согласился. Он в ходе более поздних переговоров рассчитывал получить некоторые преимущества, такие как установление между Закарпатской Украиной и Словакией довоенной административной границы и оставление в Словакии около 100 тыс. украинцев. Это ему удалось. Вопрос о государственной принадлежности Закарпатской Украины оставался, по крайней мере для чешской стороны, неясным вплоть до 23 января 1945 года, до встречи руководителя загранбюро Коммунистической партии Чехословакии Клемента Готвальда в Москве с Вячеславом Молотовым и Иосифом Сталиным. Молотов пригласил Готвальда для разговора о том, как воспринимает чехословацкая сторона события, развивавшиеся в Закарпатской Украине. Позже к беседе подключился и Сталин. Готвальд рассказал и о требовании Народной рады покинуть территорию Закарпатской Украины службами Немеца. Сталин воспользовался этим и тут же в его присутствии продиктовал письмо Бенешу в Лондон. В нем он сообщал, что узнал от Готвальда, что чехословацкое правительство испытывает неловкость в связи с событиями в Закарпатской Украине, полагая, что советское правительство думает односторонне решить вопрос о Закарпатской Украине вопреки договору между нашими странами. «Должен Вам сказать, — продолжал он, — что если у Вас создалось такое пред положение, то это основано на недоразумении. Советское правительство не запрещало и не могло запретить населению Закарпатской Украины выразить свою национальную волю. Это тем более понятно, что Вы сами мне в Москве говорили о Вашей готовности передать Закарпатскую Украину Советскому Союзу, при этом, как Вы должно быть помните, я не дал тогда на это своего согласия. Но из того, что Советское правительство не запретило закарпатским украинцам выразить свою волю, ни в коем случае не следует, что Советское правительство намерено будто бы нарушить договор между нашими странами односторонне решить вопрос о Закарпатской Украине. Такое предположение было бы оскорбительным для Советского правительства»15. После этого он перешел к сути дела, подчеркивая, поскольку вопрос о Закарпатской Украине поставлен самим населением края, «его, конечно, придется решить». Но он может быть решен лишь по соглашению между Чехословакией и Советским Союзом еще до окончания войны с Германией или после нее, когда это найдут целесообразным оба правительства. В то же время Сталин пообещал Чехословацкой республике оказать всяческое содействие в ее освобождении и восстановлении. Как раз тогда войска Красной армии вели тяжелые кровопролитные бои уже на территории Чехословакии. Бенеш ответил Сталину 29 января. Он подтвердил, что в связи с событиями в Закарпатской Украине, действиями местных деятелей, «в некоторых наших кругах действительно возникло беспокойство». К этому присоединились некоторые заявления киевской радиостанции. Но ни он лично, ни чехословацкое правительство ни на минуту не допускали, что советское правительство имело намерение односторонне решить вопрос о Закарпатской Украине и согласился со Сталиным о путях и времени его решения. Он высказал пожелание, чтобы это произошло по окончании войны с Германией, когда будет обеспечено восстановление домюнхенских границ Чехословакии с Германией и Польшей. (Бенеш не упомянул границу с Венгрией, которая фактически восстанавливалась по перемирию от 20 января 1945 года). Президент также хотел обсудить этот вопрос с чешскими деятелями в Праге. Он заверил маршала, что не менял своей позиции после беседы с Майским в сентябре 1939 года и не сделает этого и в будущем. Наконец, Бенеш поблагодарил Сталина за решимость оказать Чехословацкой республике всяческое содействие в деле ее освобождения и восстановления16. Обсуждение этой проблемы нашло продолжение в марте 1945 года в Москве в дни возвращения Бенеша из Лондона на освобожденную территорию Чехословакии. Первая встреча с Молотовым произошла 21 марта. На ней в Кремле с советской стороны присутствовали Молотов, Вышинский и посол Зорин, а с чехословацкой Бенеш, министр Масарик и посол Фирлин- гер. Третьим пунктом обсуждалась проблема Закарпатской Украины. Бенеш изложил свое видение истории вхождения Закарпатской Украины в состав Чехословакии, «чтобы она не досталась Венгрии», и Прага рассматривала Закарпатскую Украину как некий мандат, пока проблема окончательно не будет решена. И эти предпосылки созданы только теперь. Но еще осталось решить вопросы чешских капита ловложений в край в период чешского правления и будущей границы между Закарпатской Украиной и Словакией. Фир- лингер по последнему вопросу поддержал президента, и Молотов заверил, что границы останутся старыми. 23 марта по инициативе Бенеша состоялась его вторая встреча с Молотовым в Кремле. На ней присутствовали с советской стороны посол Зорин, а с чехословацкой — министр Ян Масарик и посол Фирлингер. Молотов начал с того, что он возвращается к вопросу о Закарпатской Украине после того, как поговорил по этой проблеме со Сталиным и другими советскими деятелями. Перед всеми ними возник вопрос, что сказать об этом президиуму Верховного Совета СССР, куда поступила просьба съезда народных комитетов Закарпатской Украины. В письме Бенеша Сталину сказано, что он не менял своей точки зрения и не собирается делать этого в будущем. Молотов попросил, чтобы президент объяснил более подробно свою точку зрения. Бенеш изложил историю включения Подкарпатской Руси в состав Чехословакии и заявил, что он всегда в отношениях с советскими представителями подчеркивал, что считает присоединение Закарпатской Украины к Советскому Союзу естественным и что сегодня, когда вопрос стал актуальным, можно договориться о процедуре. Молотов ответил, что передачу не требуется осуществить уже сегодня, но он был бы рад, если бы он мог получить от президента заявление для Верховного Совета. Причем первый заместитель Совета народных комиссаров и нарком иностранных дел СССР подчеркнул, что письмо будет секретным, и президент Чехословакии может прибегнуть к формулировкам, которые уже использовал в первой беседе с послом Майским. Такое письмо он считал бы желательным, и президиум Верховного Совета «будет за это очень благодарен Чехословакии». Бенеш вновь интересовался, где будет проходить граница между Словакией и Карпатской Украиной. Молотов показал ему на карте. 26 марта Бенеш направил Молотову письмо такого содержания. Но в то же время подчеркнул пожелание, чтобы переход Закарпатской Украины от Чехословакии к УССР был осуществлен в границах, которые существовали между Словакией и Закарпатской Украиной в Чехословацкой республике и в соответствии с содержанием его ответа маршалу Сталину. Между тем время шло. Война в Европе закончилась. Новое чехословацкое правительство переехало из Кошице в Прагу В Закарпатской Украине правительство Народной рады продолжало социальноэкономические преобразования, в том числе провело аграрную реформу, разделив землю среди тех, кто ее обрабатывал. Народная рада приняла постановление об открытии с октября 1945 года первого в истории Закарпатья высшего учебного заведения — Ужгородского государственного университета. При обсуждении вопроса о предстоящих в июне в Москве переговорах чехословацкой делегации с представителями польского правительства об отношениях двух стран было внесено предложение премьера З. Фирлингера поручить той же делегации подписать с правительством СССР договор о воссоединении Закарпатской Украины с УССР. Предложение было принято. Кроме премьера в состав делегации Чехословакии вошли министры З. Неедли, Л. Свобода, А. Прохазка, государственный секретарь В. Клемен- тис, а также Рипка. С 25 июня делегация вела переговоры с поляками. 28 июня Фирлингера и Клементиса принял Сталин. В переговорах участвовали Молотов и Зорин. Фирлингер от имени чехословацкого правительства, считавшего момент подходящим, предложил заключить договор Чехословакии с СССР о Закарпатской Украине. После краткой беседы и обсуждения текста договора Сталин и Молотов рекомендовали подписать отредактированный текст 29 июня 1945 года. Через советское посольство в Праге текст договора и протокол к нему был передан правительству Чехословакии. После обсуждения правительство документы одобрило с небольшими замечаниями и рекомендовало президенту уполномочить премьер-министра и статс-секретаря подписать договор. 29 июня 1945 года договор между СССР и Чехословакией о Закарпатской Украине был подписан по уполномочию Президиума Верховного Совета СССР Молотовым, по уполномочию президента Чехословакии — Фирлингером и Кле- ментисом. Основные положения его включены в первую статью: «Закарпатская Украина (носящая, согласно Чехословацкой Конституции, название Под- карпатская Русь), которая на основании Договора от 10 сентября 1919 года, заключенного в Сен-Жермен ан Лэ, вошла в качестве автономной единицы в рамки Чехословацкой Республики, воссоединяется, в согласии с желанием, проявленным населением Закарпатской Украины, и на основании дружественного соглашения обеих Высоких Договаривающихся Сторон, со своей вековечной родиной — Украиной и включается в состав Украинской Советской Республики. Границы между Словакией и Закарпатской Украиной, существовавшие ко дню 29 сентября 1938 года, становятся, с внесенными изменениями, границами между Союзом Советских Социалистических Республик и Чехословацкой Республикой согласно прилагаемой карте»17. Этот договор подлежал утверждению Президиумом Верховного Совета СССР и чехословацким национальным собранием. Обмен ратификационными грамотами намечался в Праге. Выступавший на церемонии подписания договора Молотов подчеркнул большое политическое значение этого акта, которым осуществляется вековая мечта закарпато-украин- ского народа — воссоединение со своей родиной — Украиной. Несмотря на то, что закарпато-украинский народ, заявил он, еще в конце IX века подпал под венгерскую власть, он по своим этническим признакам, по языку, быту, по своим историческим судьбам остается частью украинского народа. 22 ноября 1945 года Временное национальное собрание Чехословакии ратифицировало названный договор. На следующий день после годовщины Первого съезда народных комитетов Закарпатской Украины, заявившего о выходе из состава Чехословацкой республики, 27 ноября 1945 года и Президиум Верховного Совета СССР ратифицировал советско-чехословацкий договор о Закарпатской Украине18. В шестом томе сборника документов «Шляхом Жовтня» опубликовано 219 до кументов и материалов, частично отразивших ту огромную работу, которую провела Народная рада, выполняя решения Первого съезда народных комитетов. 22 января 1946 года указом Президиума Верховного Совета СССР в составе УССР была образована Закарпатская область с центром в Ужгороде. В нее вошли два города и 13 округов. Через день указом Президиума Верховного Совета УССР с 25 января в Закарпатской области было введено законодательство УССР
<< | >>
Источник: Пушкаш А.. Цивилизация или варварство: Закарпатье 1918—1945 /Институт славяноведения РАН. — М.: Издательство «Европа». — 564 с.. 2006

Еще по теме Закарпатская Украина (конец 1944 - 1945 год):

  1. Часть пятая Закарпатская Украина
  2. § 4. ПОБЕДНЫЙ ЭТАП ВОЙНЫ. 1944-1945
  3. Превентивные принудительные депортации из Закавказья и другие депортации на заключительном этапе войны в 1944-1945 гг.
  4. ВТОРАЯ ХОЛОДНАЯ ВОИНА И КОНЕЦ БИПОЛЯРНОГО МИРА (конец 1970-х — конец 1980-х годов)
  5. Глава 35-А УСЫНОВЛЕНИЕ ДЕТЕЙ, ПРОЖИВАЮЩИХ НА ТЕРРИТОРИИ УКРАИНЫ, ГРАЖДАНАМИ УКРАИНЫ И ИНОСТРАННЫМИ ГРАЖДАНАМИ
  6. Два Адама и две Евы: год 1743 и год 1798
  7. ЭталОННЫЙ ночной бомбардировщик 1944 г.
  8. § 1. Классификация обязательств по передаче вещей (п. 1940-1944)
  9. Тотальные депортации «возмездия» народов Северного Кавказа и Крыма в 1943-1944 гг.
  10. Будде, Герхард (Budde, Gerhard), 1865–1944, Германия.
  11. Гетманство на Украине
  12. Боплан на Украине
  13. 4. 1. 2. Преступления, посягающие на внешнюю безопасность Украины
  14. ЧТО УДИВЛЯЕТ ИНОСТРАНЦЕВ В УКРАИНЕ
  15. 6.1. Особенности формирования корпоративной собственности в Украине
  16. Оккупация Карпатской Украины венгерскими войсками