>>

ЭВОЛЮЦИЯ ФЕОДАЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ НА ЛЕВОБЕРЕЖНОЙ УКРАИНЕ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XVI! - ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XVIII в.

После победоносного завершена освободительной войны 1648- 1654 гг. и воссоединения Украины с Россией дальнейшее развитие Левобережной Украины происходило в составе Российского государства, вступившего в XVII в.

в новый период своего развития. Этот период в жизни России характеризовался зарождением внутри феодального общества новых, буржуазных связей1.

Прогрессивная экономическая политика России оказала положительное влияние на дальнейшее развитие производительных сил и производственных отношений на Левобережной Украине: была ликвидирована феодальная магнатская собственность (ставшая большим тормозом дальнейшего социально-экономического развития Украины), устранена барщинная фольварочная и откупная система эксплуатации и, наконец, как результат, ослаблена феодальная зависимость крестьянства. Значительная часть левобережного крестьянства (исключая попавших в частнофеодальную зависимость, так называемых подданных) образовала „свободные войсковые поселения”. Фактически это означало, что в условиях сложившейся к тому времени системы „государственного феодализма” эти крестьяне вошли в разряд государственных.

В России, как известно, при государственной феодальной собственности на землю существовало подворное потомственное владение и распоряжение угодьями, основанное на обычном праве2, что распространялось таким образом и на крестьян „свободных войсковых поселений” Левобережной Украины. При этом в форме феодальной собственности на землю произошли определенные изменения. Основная часть земли, оставшаяся после изгнания польских феодалов, перешла в распоряжение образовавшейся украинской старшинской администрации*, которая занялась, по существу. ее перераспределением среди представителей господствующей верхушки. Земля, как основное средство производства, перехлдила

Верховным феодальным собственником - распорядителем всех земель на Левобережной Украине, как и во всей России, считалось царское правительство, что означало экономическую централизацию в области землевладения.

из рук одной, малочисленной группы феодалов в руки другой - многочисленной, сопровождаясь дроблением магнатской собственности. За украинской шляхтой, примкнувшей к освободительной войне народных масс, закреплялись ее земельные владения.

Но смена землевладельцев внутри класса феодалов не меняла существа феодальной соСстченности и феодальных производственных отношений, а означала лишь их дальнейшее развитие. Вместе с тем, важнейшим социально-экономическим последствием освободительной войны 1648-1654 гг, стало приобретение крестьянами Левобережной Украины личной свободы, выражавшейся, в частности, в праве перехода от одного феодала к другому.

Существенным изменением в области землевладения стало появление крестьянского землевладения, сформировавшегося в ходе освободительной войны путем „займанщины” и явившегося качественно новым этапом в развитии землевладения периода позднего феодализма.

Поэтому, получая от феодального государства имение, феодал приобретал право не на личность крестьянина и его землю, а лишь на часть крестьянского труда, выражающегося в определенных платежах и повинностях.

В поземельных отношениях, наряду с юридическим собственником земли - феодалом I, в качестве фактических владельцев земли выступали казачество и часть крестьянства. При этом если казацкое землевладение опиралось на юридическую основу, то реальное крестьянское землевладение было лишено таковой и базировалось в своем существовании лишь на обычном праве.

Наличие этих двух видов землевладения (кроме феодального) свидетельствовало, с одной стороны, о начавшемся процессе разложения феодальной собственности, а с другой - о зарождении новой, капиталистической собственности на землю. Нарушение монополии феодала на землю на Левобережной Украине означало ослабление феодальных отношений. Последнее находило свое отражение и в росте земельных сделок, в основе которых лежало растущее имущественное расслоение крестьян и казаков. Казачество и крестьянство все чаще вступали в товарно-рыночные земельные отношения в виде купли-продажи земель, их заклада и т.

п.

В условиях господства феодальных отношений эти явления в 5о.' шинстве случаев не получали еще прямого юридического оформления и носили в основном явочный характер. Последнее особенно касалось земельных сделок со стороны крестьян.

Наряду с социальными преобразованиями начавшемуся процессу разложения феодальной собственности на землю содействовали еще в большей степени изменения в экономике: втягивание сельскогг хозяйства в расширяющиесг рыночные отношения, что вело к росту хозяйственной активности крестьянских и казацких хозяйств.

В этом заключалась особенность развития феодальных отношений на Левобережной Украине после освободительной войны 1648-1654 гг. Эволюция феодального землевладения в XVIII в. имела место и в Белоруссии *

К. Маркс допускал возможность существования при феодализме крестьян, разделявших право собственности с феодалами. Рассматривая, в частности, положение английских крестьян XV—XVI вв., освободившихся от крепостной зависимости, он указывал, что эти крестьяне „имели такое же феодальное право собственности, как и сами феодалы” л.

В советской исторической литературе уже уг.оминалось о том, что на Левобережной Украине во второй половине XVII в. -XVIII в. помещичьи крестьяне сохраняли собственность на свой двор в рамках феодальной юрисдикции. При этом правомерно подчеркивалось, что подобная крестьянская собственность на землю была одним из важнейших социально-экономических достижений освободительной войны 1648-1654 гг.5.

Однако украинская феодальная верхушка упорно сопротивлялась появлению казацкого и особенно крестьянского землевладения, несмотря на его ограниченный характер. Более того, пользуясь благоприятными условиями, которые создавали ей господствующие феодальный экономический базис и феодальная политическая надстройка, она переходит в решительное наступление, стремясь, с одноР стороны, укрепить, а с другой - распространить свою земельную собственность на земли, свободных крестьян и простого казачества.

На расширение землевладения феодала толкали растущий рыночный спрос на хлеб и другие сельскохозяйственные продукты.

Отсюда тот многолетний процесс перехода земли на Левобережной Украине от крестьянско-казацкмх масс к феодалам, осуществлявшийся в виде скупки и прямого захвата.

Многочисленные факты скупки и захвата крестьянских земель светскими и духовными феодалами, а также судебных тяжб за эти земли на Левобережье, широко описанные в дореволюционной и частично в советской историографии, говорят о том, что земли эти юридически не закреплялись за феодалом вместе с тем или иным имением, ибо они (зэмли) принадлежали (скорее всего - в силу обычного права. - А. П.) крестьянам. Иначе не было бы необходимости феодалам захватывать эти земли и, тем более, скупать их.

Одновременно украинский господствующий класс, используя старшинскую и царскую администрацию, стремился подвести правовую основу под свое стремление ликвидировать крестьянское землевладение и связанное с ним право на продажу и куплю земли. Так, уже водном из универсалов 1708 г. гетмана Мазепы говорилось о том, что земли ушедших из местности крестьян должны оставаться во владении феодала („державцы”), а сами ушедшие теряли на эти земли все права6. Подобные положения не раз излагались в официальных документах и позже7. Наряду с этим неоднократно повторялось и запрещение покупать и принимать в залог земли крестьян („посполитых”) без разрешения феодала - „державцы". Это запрещение было не чем иным, как применением на Левобережной Украине положений Литовскою Статута, отрицавшего за крестьянаи.. 1 право земельного владения. Эти положения были внесены затем и в проект свода законов под названием „Права, по которым судится малороссийский народ”®. И хотя этот кодекс царское правительство и не утвердило по политическим 'оображениям, оно в дальнейшем оказывало всяческую поддержку украинским феодалам, официально запрещая имевшую место свободу действий крестьян в отношении земли, которую они обрабатывали (купля, продажа, застава и т.

п.).

Уже к середине XVIII в. абсолютное большинство земель, находившихся ранее во владении крестьян, оказалось в собственности светских и духовных феодалов. Почти исчезли „свободные войсковые маетности”. Если по ревизии 1741 г. их насчитывалось в крае 4695 дворов9, по ревизии 1753 г. - 1723 двора и 1852 бездворные хаты1, то уже по ревизии 1764 г. - 813 дворов и 60 бездворных хат, где проживал 4291 чел. мужского пола11. В проекте ревизии 1764 г. уже четко формулировалось отношение украинского господствующего класса к вопросу о крестьянском землевладении: „А посполи- тые мужики земель своих не имеют, но живут все на государевых, духовных и мирских помещичьих” Подобной участи подвергалась и значительная часть казацких земель.

Обезземелившиесг крестьяне теперь в большинстве случаев получали землю от феодала в пользование, естественно, на кабальных условиях.

Хотя все усиливавшиеся крепостнические порядки в крае и тормозили возникновение предпосылок для создания капиталистических отношений, тем не менее процесс разложения феодальной собственности на землю продолжался. Более того, происходившие изменения в социально-экономической жизни, дальнейшее обострение классовой борьбы во второй половине XVIII в. приводили ко все более глубоким противоречиям в развитии феодальной земельной собственности.

Согласно ордеру гетмана К. Разумовского о проведении в

  1. г. ревизии на Левобережной Украине13, крестьянско-казацкое население по имущественному признаку делилось на следующие категории: 1) можногрунтовые и знатного промысла (имевшие „пахатного поля во всех трех руках не меньше как на пятьсот

ю копен* либо хутора с сенокосами, лугами и притом конской и ове- чей «»«пл. пасеки и другие тем подобные уодии, а из промышлен- •¦¦1К0В, кои имеют в сеое в лавках до 1000 рублей товару”); 2) среднегрунтовые и среднего промысла (имевшие/іахстногс поля не менее как на 200 копен и притом же другие какие есть зэводы, а промышленники в лавки до 500 рублей товару”); 3) малогрунтовые и малого промысла (имевшие „поля пахатного во всех же трех зменах коп до ста и сенокосных лук и других угодий против того по препорции или кто с промышленников в промысле имеет до 200 рублей”); 4) нищетные (имевшие „пахатного поля во всех же трех зменах от 20 до 40 коп”); 5) крайненищетные („кои никаких грунте з не имеют, а живут только в одних дворах при огородах или в бездворных хатах и без огородов из одной заработки питаются да только имеют кони или волы или и не имеют, но пеши”).

К последним в большинстве случаев примыкали по имущественному состоянию и так называемые подсоседки, составлявшие, тем не менее, отдельную социальную категорию крестьянско-казацкого населения.

Подобный принцип группировки крестьянско-казацких хозяйств выдерживался при проведении ревизий до 1764 года*

В количественном отношении (имеется в виду количество дворов. - А. П.) перечисленные категории крестьянско-казацкого населения за 1753 г. могут быть представлены в следующем виде: (табл. 1)[1]? Как видим, подавляющее большинство (96 %) крестьянок- казацких дворов - это нищетные и крайненищетные. При этом наибольшее их количество приходится на Лубенский, Стародубский и Нежинский полки.

Совершенно естественно предположить, что огромная доля ни- щетных и крайненищетных дворов и бездворных хат приходилась на крестьянство.

Для подтверждения данного предположения необходимо привлечь имеющиеся в нашем распоряжении аналогичные данные о казаках (по данным ревизии 1753 г.У‘(табл. 2,3).

Таким образом, наибольшее количество составляли группы ни- щетных и крайненищетных казаков.

Вычтя из общего количества число дворов и бездворных хат казаков (выборных и подпомощников) (см. табл. 2, 3), получим количество крестьянских дворов и бездворных хат на Левобережной Украине в 1753 г. по вышеуказанным имущественным категориям (см. табл. 4).

Таким образом, количество нищетных и крайненищетных кре-

Название полка

Можно грунтовые и знатные промыслом дворы

Среднегрунтовые и средние промыслом дворы

Малогрунтовые и малые промыслом дворы

Нищетные дворы и без- дворные хаты

Крайнени- шетные дворы и бездвор- ные хаты

Подсоседки

конных,

хат

Подсоседки

пеших,

хат

Лувенский

15

237

1504

8621

17507

16

959

Стародубский

-

14

529

9168

17975

2

81

Киевский

-

3

2003

11377

4

154

Полтавский

6

88

380

3044

12094

32

242

Прилукский

1

" 36

432

5534

8803

9

422

Гадяцкий

11

169

954

4347

9188

11

380

Миргородский

5

87

845

4766

9188

111

955

Нежинский

2

33

360

8404

21008

81

1043

Черниговский

2

3

195

3830

15925

25

821

Переяславский

-

98

793

2978

10431

16

542

Итого

42

768

6058

52695

133576

357

5602

Группы выборных казаков

Количество

дворов

Количество хат в дворах

Бездворные

хаты

Семьи

Можные

33

104

120

Средние

675

2044

-

2180

Мало грунтовые

4253

10963

-

1.892

Нищетные

12229

24101

2

25658

Крайненищетные

1158

2012

2

2040

Всего

18348

39224

4

41890

Таблице 3

Группы каэаков- по дпо МО щни ков

Количество

дворов

Количество хат во дворах

Бездворные

хаты

Семьи

Можные

_

-

Средние

18

24

-

25

Мало грунтовые

642

1142

11

1225

Нищетные

17046

23742

743

26054

Крайненищетные

29347

37587

12048

51243

Всего

47053

62495

12802

78547

Таблица 4

Группы крестьян

Количество

дворов

Количество дворов и бездворных хат

Можные

9

Средние

75

Мало грунтовые

1163

Нищетные

-

22675

Крайненищетные

91021

Всего

1247

113696

Итого крестьянских дворов и бездворных хат

114943

стьянских хозяйств составляло 99 % общего количества дворов и бездворных хат (из ниgt; 20 % приходилось на нищетные и 79 % - на крайненищетные).

Аналогичные данные в отношении крестьянских дворов и в материалах ревизии 1756 г.п.

Таким образом, подавляющее большинство крестьянских; а также знач! тельная часть чазацких хозяйств в 50-е годы XVIII в. подпадали под категории „нищетных” и „крайненищетных”, т. е. малоземельных и безземельных.

Какой же была экономика крестьянского и казацкого хозяйств? Основным источником для раскрытия данной проблемы мы взяли Генеральную (Румянцевскую' опись Левобережной Украины 1765- 1769 гг.

Данные описи позволяют произвести группировку крестьянских и казацких хозяйств по наличию пахотной земли, различных угодий, скота, промыслов и т. д. При этом мы исходим из определяющего значения экономических признаков хозяйств, а не их правовых особенностей. Преувеличение роли последних привело, как известно, русскую дореволюционную буржуазную историографию к игнорированию однородности феодальной эксплуатации крестьян со стороны помещика и крепостнического государства, на которую указывал В. И. Ленин и которая особенно усилилась именно в XVIII и в первой половине XIX в.18.

ной верхушки. Для хозяйства последней все более характерным становилось появление наемной рабочей силы.

(]ркументы Румянцевской описи содержат чрезвычайно ценные для исследователей аграрной истории Левобережной Украины данные относительно цен на землю того времени. Проанализировав значительное количество таких данных, мы сочли возможным предложить схему приблизительной стоимости земли (точнее, 1 дня пахоты. - АЛ.) на Левобережной Украине в 40-60-е годы XVIII в. в денежных единицах того времени:

40-е годы - 1-3 руб.

50-е - -”- -1,1,5 руб.

60-е (1-я половина) - преимущественно 1,5-2 руб.

60-е (2-я половина) - 3-6 руб.20

Безземельные (не имеющие надела), в свою очередь, делились на две основные подгруппы: а) занимающиеся земледелием на выделяемой им во временное пользование помещу ьей. монаст - ской или казенной земле; б) не занимающиеся земледелием вообще и живущие в большинстве случаев „с заработка”, т. е. продажей своей рабочей силы. Среди безземельных первой подгруппы, как свидетельствуют документы, также наблюдалось имущественное расслоение. Наглядным примером этого может послужить хозяйство „казенного” посполитого с Городище Яготинской сотни Переяславского полка Алексея Лукьяненко, мельника четырех казенных водяных мельниц. Как мельник, Лукьяненко был освобожден от барщины. Одновременно он вместе со своими подсоседками занимался земледелием на выделяемом ему во временное пользование участке казенной земли. На этой земле Лукьяненко получал довольно обильный (по тем временам) урожай: 10 четвертей** ржи, 1 четверть озимой пшеницы, 4 четверти яровой пшеницы, 6 четвертей ячменя, 12 - овса, 8 - гречихи, 1 - проса и т. д. Постоянного надела Лукьяненко не лмел, т. е. формально был безземельным. Но его нельзя отнести к категории крайненищетных или нищетных, тем более что этот „казенный” посполитнй был владельцем и довольно значительного количества скота: рогатого - 34 головы, овец - 106, свиней - 22, лошадей - 34; имел пасеку на 20 пней. У А. Лукьяненко было два работника (Федор Голый, 50 лет и Матвей Олифиренко, 40 лет), получавшпе в год по 30 руб.21

Занимались хлебопашеством „на земле казенной, принадлежащей к местечку Золотоноше” „казенные подданные” с. Ольхи Золо- тоношской сотни Переяславского полка И. Марченко, А. и Д. Онищенко, С. Супруненко, Г. Рябошлик, П. Кириченко и др. Эти крестьяне высевали в год: ржи - от 1 четеерика до 2 четвертей, пшеницы - от 1 четверика до 8 четвертей, ячменя - от 1 четверика до 1,5 четверти, овса - от 1 четверика до 1,5 четверти, гречихи - от 1 четверика - до 2 четвертей, проса - от полчетверика до 3 .этрериков, конопли - от 2 гарцев до 2 четвериков, подсолнечника - от 2 гар- цев до 1 четверичка. Кроме земледелия некоторые из вышеуказанных крестьян (Г. Рябошлик, П. Кириченко) занимались еще и ткацким ремеслом, получая от него доход, а также имели домашний скот:- рогатый - 3-12 голов, 1-4 лошади, 1-3 свиньи. У И. Марченко было еще и 10 овец .

Распространенным явлением было предоставление во временное пот зование земли своим безнадельным подданным и со стороны помещиков. Засевали, например, на земле помещицы В. Да- раган - владелицы 55 хозяйств подданных на хуторах Бойковщина и Сабадашовщина Золотоношской сотни Переяславского полка . В аналогичном положении находились подданные отставногс полкового есаула А. Ильченко (на хуторе вблизи д. Корнеевка Перво-Пирь- тинской сотни Лубенского полка) И. Луцик и И. Дубина. Эти крестьяне засевали на земле помещик^, ржи - 1 четверть, пшеницы - от 41 четвериков до1 четверти, ячменя - 1 четверть, гречихи - от 4 четвериков до 1 четверти, проса - 1-2 четверичка, конопли - 1 четверичок. Был у них и домашний скот: быков - 1-2 головы, ко-[2] ров - 1-2, лошадей - 1, овец - 1, свиней - 2-3 головы .

Довольно многочисленной, как свидетельствуют документы, была группа безземельных крестьян, занимавшихся в основном работой „по найму”. Из их числа образовалась отдельная прослойка - так называемых служителей, не имевших вообще никакого хозяйства и живущих постоянно в доме помещика. У помещика Фрид- рикевича в с. Подолов Кролевецкой сотни Нежинского полка таких служителей (как правило, из числа разоренных, обезземеленных крестьян) было при дворе 14 человек. Девятерым помещик платил годовое жалованье - от 2 до 10 руб., пятеро же жили лишь „на пропитании” 25.

Нередко в качестве дополнительного источника существования безземельных крестьян являлось держание определенного количества скота и обладание каким-нибудь видом сельского ре* несла или промысла.

Так, 23 двора „подданных” графа К. Разумовского (ел. Кулябов- щина Яготинской сотни Переяславского полка) имели рогатого скота от 2 до 24 голов, овец - от 6 до 67, свиней - от 2 до 10, лошадей - от 1 до 11 голов. В двух хозяйствах были козы - 3 и 8 голов*? Из 56 семей „подданных” бунчукового товарища В. Дунина-Борков- ского большинство имело лишь по 1 свинье, кое-кто и по лошади. Немало было и таких, которые не имели скота вообще, как, например, Логвин Калениченко, Мина Соловей и др. Отдельные крестьяне держали значительное количество голов скота. Так, Филон Ево- ненко имел рогатого скота 10 голов, овец - 30, лошадей - 4, свиней - 5 голов .

Незначительное количество голов скота содержали 87 семей безземельных „подданных” бунчукового товарища Г. Иваненко (сл. Ковалевка Яготинской сотни Переяславского полка), 50 семей „подданных” бунчукового товарища Я. Лизогуба (хутор в 30-ти верстах от Яготина), 80 семей „казенных посполитых” (сл. Борловка Яготинской сотни Переяславского полка)*®, 72 семьи „казенных посполитых подданных” (с. Кантакузовка Яготинской сотни Пере яславского полка)19 и др. Есть сведения, что отдельные безземельные подданные владели мельницами (1-2), пасеками30, винокурнями и т. п. Так, подданный бобровицкого сотника М. Косташа (д. Бер- вицы Бобровицкой сотни Киевского полка) Иван Коробка не имел ни пахотной земли, ни сенокоса. Но, по документальным данным, Коробка „в той же деревне Бсрсицах имеет собственный свой плец (землю), даренный ему от казака Ивана Мохоний в 1743 г., на который и крепости имеет”. На этом участке зе лли И. Коробка построил винокурню, в которой „высиживается гина в год 300 ведер”. В

  1. г. Коробка купил у казака лес в 100 саженей. Очевидно, мы имеем здесь дело с личной крестьянской собственностью, к которой помещик уже не имел никакого отношения. Из домашнего скота И. Коробка держал 2 вола, корову, быка, 2 лошади, 7 овец, 2 свиней3! При анализе крестьянского хозяйства особое внимание привлекает вопрос о феодальных повинностях. Во всех без исключения документах Румянцевской описи речь прямо идет о феодальной ренте (в большинстве случаев об отработочной - „панщине”, а также нередко и о денежном оброке. - А П.). Ставя вопрос о положении крестьян в прямую зависимость от количества дней барщины, есть все основания утверждать, что в наиболее, тяжелом положении находились монастырские крестьяне. Действительно, если в большинстве владений светских феодалов барщина составляла в 60-х годах XVIII в. два дня в неделю (по одному человеку от двора)?2, то в монастырских хозяйствах она была не менее 3-5 дней33, а то и ежедневно („беспрестанно")*4. Нам встретились лишь несколько фактов, когда барщина в монастырском хозяйстве отрабатывала« два дня в неделю. Это, главным образом, имело место тогда, когда

монастырь владел небольшим количеством крестьянских дворов (5-8) или же когда это касалось крестьян, ведущих хуторское хозяйство3!

Все это свидетельствует о широком распространении барщины I („панщины”) в феодальных хозяйствах на Левобережной Украине | во второй половине XVIII в. Причем речь идет уже о явлении, имевшем место в условиях начавшегося разложения феодального строя, появления капиталистического уклада и, в связи с этим, о новой | экономической функции отработочной ренты, которая должна *ыла теперь обслуживать не потребительские нужды замкнутого феодального хозяйства, а новые рыночные отношения помещичьего товарного хозяйства. Это новое экономическое содержание определило глубокие внутренние противоречия барщинного хозяйства36.

С другой стороны, мы наблюдаем уже предельную форму отработочной ренты (а значит, и предельную феодальн/ю эксплуата-j цию - А. П.), когда крестьяне фактически полностью оторваны or работы в своих хозяйствах и переведены на отработку барщины. Последнее обстоятельство явилось своего рода предшественником печально известной „месячины”, широко распространившейся в России в конце XVIII и в первой половине XIX в. В этой связи есть основание говорить об особой роли монастырских хозяйств, имея в виду широкое распространение там барщины в процессе разложения феодальных отношений и развития капитализма в сельском хозяйстве на Левобережной Украине во второй половине XVIII в.

В документах Румянцевской описи говорится о распространении денежного оброка. Особенно часто он встречался в северной части Левобережной Украины, где земли не отличались плодородием t‘ нlt; представляли, таким образом, особой ценности.

Так, с 39 дворов и 18 бездворных хат (с. Очкино, Слародубсюго полка), находившихся в 1768 г. в ранговом владении генеоаль юго судьи А. Дублянского, собирался „чинш деньгами” - 100 руб. в год Чинш здесь взимался в зависимости от размера имущества крес гь- ян - от 30 коп до 4 руб. 50 коп. С 83 дворов и 20 бездворных хат (с. Мефедовка Новгородской сотни Стародубского полка) ранговых владений генерального судьи И. Журмана чинш составлял 200 руб в год (от 25 коп. до 6 руб. с крестьянского хозяйства, в зависимости, от имущества)37. В отличие от большинства своих односельчан, работавших на „казенной” барщине по 3 дня в неделю, казенный поо политый П. Бутенко (с. Городище Яготинской сотни Переяславского полка) платил денежный оброк - „панщины не делает, а платит в год в казну чиншевый оклад 3 рубля денег”38.

Нередки случаи выплаты крестьянами чинша монастырю. Тчк, „подданная” Софийского монастыря в Киеве В. Демчиха, которая занималась „стеклянным ремеслом” и имела с него дохода до 5q руб., „панщины не работает, а платит в монастырь ченча 25 руб-

лей”. Подданный Киево-Печерской Лавры И. Семенец, который вел хуторское озяйствс „владельцу панщины не делает, платьчи в год около 1 руб. 50 коп?[3] Ранговый подданный нежинского полковника Разумовского Л. Вербило (м. Веркиевка Нежинского полка) отбывал феодальные повинности в смешанной форме* , сочетая денежный оброк и „подводную повинкость” - „господину платит в год по 80 .опеек да сверх того еден с лошадью каждой неделе день работает”40. Денежный оброк с крестьянских хозяйств, вовлеченных в систему рыночных отношений, позволял помещику в наиболее простой форме удовлетворять свои потребности в деньгах. Товарное развитие крестьянского хозяйства, ускоряя процесс имущественного расслоения самого крестьянства, противостояло уже барщинному хозяйству с его крайними формами крепостнического I кета.

Отмечая наличие указанных систем эксплуатации (форм ренты; в регионе, не следует забывать о том, что в период позднего феодализма ни одна система ренты не применялась в чистом виде и что самое распределение по системам ренты таким образом всегда сохраняло определенную условность.

Вышеотмеченные факты активного внедрения украинскими феодалами таких систем эксплуатации крестьян, как барщина и денежный оброк, говорят о том, что, несмотря на наличие права перехода крестьян (правда, очень ограниченного. - А П.), на Левобережной Украине, еще задолго до царского указа от 3 мая 1783 г. о юридическом закрепощении крестьян, крепостнические отношения уже фактически сложились. Данное положение опровергает толкования дореволюционных и современных буржуазно-националистических историков о крепостном праве на Украине как о привнесенном из России факторе.

Во второй половине XVIII в. на Левобережной Украине крестьянское хозяйство в основном еще продолжало оставаться натуральным и являлось главным источником обеспечения потребительских нужд крестьянской семьи.

Яркую картину натурально-потребительской функции крестьянского хозяйства подает „Экономическое описание Черниговского наместничества” (по уездам и городам) 1785 г.41 Как свидетельствует документ, большинство производимой крестьянами сельскохозяйственной продукции шло на их непосредственные потребительские нужды - „на свое пропитание” и т. д.

Вместе с тем наблюдался уже и довольно активный рост товарности крестьянских хозяйств. Крестьянин, нуждаясь в деньгах для уплаты налогов и оброка, а также для приобретения на рынке необходимых ему товаров, все больше вывозил на рынок продукты своего хозяйства.

Втягивание крестьян в рыночные отношения нашло свое отражение в описаниях Киевского, Черниговского и Новго юд Северского наместничеств 80-х годов XVIII в. Так, из описания Киевского наместничества42 видно, что крестьяне Голтвянского уезда гроизвс димые ими сельскохозяйственные продукты (главным образом хлеб. - А П.) отвозили для продажи в города Полтаву и Кременчуг Екатеринославского наместничества, а овчину и шерсть продавали на местах приезжавшим русским купцам, крестьяне 11иря’инского уезда - в города и селения Екатеринославского и Черниговсюго наместничества, крестьяне Золотоношского уезда продавали продукты земледелия и скотоводства в основном на местных яр марках и торгах . Крупной хлебной торговлей (преимущественно перепродажей в города Екатеринославского наместничества - А П.) занимались жители г. Хорола44. Из ..Экономической описании Черниговского наместничества” известно, что крестьяне Чернигов ского уезда часть урожая ржи, ячменя, овса и гречихи обычно от- гэзили для продажи в Чернигов, из Березинского уезда пшеницу вы возили в другие уезды и в Новгород-Северское наместничество, г. лен - в другие уезды, а также в Киевское и Харьковское наместничества45.

Крестьяне Борзенского уезда часть урожая ржи продавали н? местах, часть отвозили во многие города и местечки Новгород-Се верского наместничества, в частности, е Ноьые Млины, Короп, Сос- ницу, Синявку и др. Пшеницу, ячмень, гречу и просо по причине небольшого уоожая этих культур обычно продавали в пред? пах этого уезда. Картофель из Беловежской немецкой колонии о^ем часто вывозился в города Нежин, Борозну, Ичня, а также в Бахмач I Батурин (Новгород-Северского наместничества. - А П.), коноппк и лен продавали в большинстве случаев приезжим русскил купцам, овощи (свеклу, капусту, огурцы, арбузы, дыни, лорксвь пастернак, фасоль, лук, чеснок) отвозили в Нежин, Густинский монастырь (Прилукский уезд) и другие места, табак продавали обычно приезжим из г. Могилева купцам или же отвозили его ^ Нежин, Ромны и другие города46. Нередко крестьяне Борзенского уезда торговали домашним скотом (овцами, козами, лошадьмм свиньями), продуктам!' животноводства (маслом, молоком, сыром мясом, салом), медом, воском, шкурами убитых зверей4! Крестьяне Нежинского уезда вывозили на продажу в Чежин рожь, ячмень] домашний скот, продукты животноводства. Широко была распространена и торговля табаком. Последний закупался большими партиями купцами из Могилевской и Полоцкой губерний, которые! в свою очередь, вывозили его для продажи в Литву и Польшу Мед и воск закупали здесь в основном приезжие русские купцы4! Крестья- яне Прилукского уезда вывозили на продажу рожь в соседние уезды, а также в Новгород-Северское наместничество. В уездный город Прилуки они вывозили пшеницу, просо, овес, гречу, коноплю, лен, овощи и фрукты. В урожайные годы за фруктами к ним приезжали покупатели из соседних городов и русские купцы. Последним продавался также домашний скот и продукты животноводства, мед и воск. Ярко выраженный натурально-потребительский характер носили крестьянские хозяйства в Глинском уезде. Но тем не менее и здесь крестьяне нуждались в деньгах „на снабжение себя и на оклад подушного збору”, вывозили часть своей продукции в различные города и местечки Черниговского и Новгород-Северского наместничеств. Предметами торговли обычно были рожь, пшеница, ячмень, греча, просо. Домашний скот и продукты животноводства вывозились за пределы уезда, как правило, лишь из помещичьих хозяйств. Довольно активно занимались торговлей сельскохозяйст- сэнной продукции крестьяне Лохвицкого и Гадячского уездов, проникая со своим товаром, как отмечалось в документах, „и в другие уезды и губернии”4?

Многочисленными примерам». вовлечения крестьянских хозяйств в товарно-рыночные отношения наполнена работа А. Шафонского „Черниговского наместничества топографическое описание”50. Как видим, в Черниговском наместничестве довольно распространена была торговля хлебом, который вывозился и за пределы наместничества. В этой связи требует определенного уточнения вывод Н. Рубинштейна о том, что Черниговская губерния (наряду с Харьковской) в последней четверти XVIII в. в основном покупала хлеб, ввозимый туда из соседних губерний Центрального земледельческого района31. Очевидно, Н. Рубинштейн имел в виду Новгород-Северское наместничество, где, как свидетельствуют документы, в 80-90-х годах ХИН в. жители почти всех уездов Щвгород-Северского наместничества из-за частых неурожаев зерновых культур ощущали постоянную нехватку хлеба. В 1785 г. праалечие Новгород-Северского наместничества констатировало, что „сия губерния (т. е. Новгород-Северское наместничество. - А. П.), гранича с российскими и белорусскими губерниями, довольствуется в немалом количестве привозимым оттуда хлебом”52 Недостаток хлеба в наместничестве в 1785 г. составлял 862414 четвертей 7 четверичков 4 гарца (из расчета, что на каждую душу уездных жителей в год требовалось по 2,5 четверти хлеба, т. е. на 668772 чел. всего населения наместничества необходимо было 1671 930 четвертей хлеба. - А. П.)”

В 1788 г. недостаток хлеба здесь составлял 525720 четвертей 6 *1вериков , ' нас есть возможность проследить нехватку хлеба в 1788 г. по ряду уездов Новгород-Северского наместничества. Так, в Конотопском уезде недоставало 44791 четверти 3 четверичков 6 гарцев, в Сосницком - 55194 четверти, в Новгород-Северском -

33915 четвертей 5 четверичков 3 гарца, в Кролевецком - 63289 четвертей 3 четверичка 3 гарца, в Погарском - 70211 четвертей 3 четверичка 5 гарцев55, в Коропском - 46133 четверти 1 четверичка 6 гчрцев56. Об остроте хлебной проблемы в ряде уездов Новгород- Северского наместничества свидетельствовали секретные рапорты уездных властей губернатору Бибикову в ноябре 1786 г. Так, из г. Мглина сообщили о неурожае на рожь, в результате чего населению реально угрожал голод57. Картина бедственного положения крестьян, в связи с неурожаем на зерновые культуры, предстает из рапорта Новоместного уездного предводителя дворянства. Последний сообщал о том, что „хлебный недород, дошедши почти до последней Степени, действительно угрожает голодом”, что крестьяне находились в крайней нищете, и просил „о принятии неотложных мер к отвращению неминуемых из того худых воспоследова- ний”58. В другом рапорте из г. Новое Место говорилось о том, что „обыватели употребляют в пищу хлеб редко... примешивают с конопляного семя макуху, но и в том начинают иметь оскудение” .

В 1792 г. на 492312 душ обоего пола населения в Новгород-Се- верском наместничестве приходилось лишь 344829 четвертей хлеба, т. е. недоставало 639795 четвертей из расчета, что на каждого человека в год должно приходиться около 2 четвертей60.Выход из положения нижние земские суды видели в том, что „в cлvчae недостатка можно заимствоваться збираемым в общественные магазины хлебом, который жители получают, когда станет недоставать их собственного, а возвращаю: оной за вымолотом нового, при том же сия губерния гранича с другими, пространнейшие поля имеющими, получает с оных в немалом количестве хлеб, который привозят в сию тех губерний люди или на месте в них достают здешние покупкою за деньги и меною на разные лесные и другие производимые в сей изделья”61.

В 1796 г. в том же Новгород-Северском наместничестве нехватка хлеба определялась в 622553 четверти62. В силу вышеуказанных обстоятельств в Новгоро "-Северском наместничестве товарность хлеба в 80-90-е годы XVIII в. была значительно ниже, чем в Киевском и Черниговском наместничествах. Главными предметами торговли для крестьян, как видно, например, /з описания Новгород-Север- ского наместничества 1779-1781 гг.63,здесь были конопля и пень- ка6^ Более того, продажа последних нередко была для крестьян чуть ли не единственным способом приобретения денег для покупки хлеба. В 1788 г., например, нехватка хлеба компенсировалась в Стародубском, Суражском и Мглинском уездах его покупкою за деньги, приобретенные крестьянами за продажу именно пеньки и конопли .

Основными земледельческими районами Левобережной Украины были ее южные и центральные земли (Полтавский, Миргородский,

Лубенский, Переяславский, Гадячский, Прилукский, Киевский полки, южные районы Черниговского и Нежинского полков, после 1781 г. - территория Киевского наместничества и прилегающие к нему уезды Черниговского и Новгород-Северского наместни- честв. - А. П.). Традиционными культурами в крестьянском хозяйстве здесь являлись прежде всего рожь, пшеница, ячмень, овес, горох, просо, греча.

В нечерноземной полосе (Стародубсжий полк, северные районы Черниговского и Нежинского полков, после 1781 г. - северные уезды Черниговского и Новгород-Северско п наместничесть. - А. П.) посевы этих культур были незначительны. Здесь выращивались культуры, которые приносили в данных местныу условиях наибольшую прибыль. К ним в первую очередь относились конопля и лен. Посевы вышеотмеченных культур в расчете на одно крестьянское хозяйство, по данным Румянцевской описи, колебались в основном в таких размерах*: рожь - от 1 четверичка до 16 четвертей, пшеница - от 1 четверти до 10 четвертей, ячмень - от 1 четверичка до 5 четвертей, овес - от 1 четверичка до 7 четвертей, горох - от 2 чет- веричков до 1 четверти, просо - от 1 до 6 четверичков, конопля - от

  1. четверичка до 1 четверти66.

Наиболее значительными были посевы ржи и пшеницы, что являлось непосредственным отражением развития хлебного рынка, в который все больше втягивалось крестьянское хозяйство во второй половине XVIII В.

Техника сельскохозяйственного производства по-прежнему оставалась еще довольно примитивной. Вместе с тем, имевшая место обработка земли путем повторной вспашки с последующем боронованием свидетельствовали о попытках усовершенствсзания традиционной системы тоеигапья. Основным источником в нашей работе по данному вопросу явились упомянутые выше топографические описания левобережных украинских наместничеств 80-х годов XVIII в. В Черниговском наместничестве под озимые культуры абсолютно преобладала двойная вспашка земли. Боронование доходило иногда до 3-4, а то и до 6 разе7(в зависимости от твердости почвы).

Значительно медленнее процесс совершенствования трехполья происходил на территории Киевского наместничества. .Двойная вспашка под озимые здесь имела место лишь в 5 уездах (из 11), под яровые - в 2 уездах (Остерском и Козелецком). Боронование проводилось максимально трижды6? Обращает внимание уже бо-

Данные (с учетом имущественного расслоения среди крестьянства. - А П.) взяты по крестьянским хозяйствам Миргородского, Лубенского, Переяславского, Прилукского, Киевского, Нежинского и Стародубского полков. Данные о размерах посева гречи и льна в наших документах оказались малочисленными для обобщения.

лее-менее определенная система в сроках вспашки земли. Для озимых культур (в первую очередь для ржи) первая вспашка (под пар) была обычно в июне. Значительно реже она имела место в мае или в июле-августе. Вторая вспашка (перед посевом), как правило, производилась в августе-сентябре, растягиваясь в редких случаях до октября. Более тщательный подход к вспашке наблюдался при подготовке земли к посеву яровых культур. На основе длительного крестьянского опыта землепашества рождались определенные -¦'рономические знания, закреплявшиеся из поколения в поколение. Немаловажную роль при этом играли местные традиции, часто базирующиеся на особенностях почвы того или иного района. Так, нл территории Черниговского наместничества в подавляюща большинстве случаев вспашка под яровые имела место весной (за исключением Гадячского уезда, где землю под яровые пахали в августе и сентябре, а иногда и в октябре)?9. В Киевском же наместничестве вспашка под яровые производилась в равной степени как весной, так и осенью. Определяющую роль при этом играл вид самой культуры. Если, например, под пшеницу (яровую), ячмень, овес землю вспахивали, как правило, в сентябре-октябре, то под просо, гречу и горох вспашку делали обычно весной7?

Удобрение почвы сводилось в большинстве случаев к внесению органических удобрений, хотя и не везде. В Киевском наместничестве, например, оно не употреблялось в 9 уездах и лишь в двух (Остерском и Козелецком) удобрение применялось в связи с преобладание!.* там песчаной почвы71.

В Черниговском наместничестве землю, удобряли в 8 уездах7? причем нередко удобрению поддавались лишь земли, засеянные под коноплю. Нередко удобрением земли считалась пастьба на ней скота, „который тую землю чрез ито выбивает, а чрез то делает способнейшей к плодородие1’. В Переяславском уезде Киевского наместничества вместо удобрения вспаханную землю оставляли незасеянной. Для повышения урожайности почвы применялись разные формы севооборота. Так, в Пуб. иском уезде (Киевское наместничество) на пахотных землях за р. Сулой злаковые сеяли обычно на тех нивах, с которых убирали урожай проса и гречихи. Причем землю перед посевом пахали лишь деревянным ралом и вслед за тем бороновали С одной стороны, это свидетельствовало о нехватке навоза, что объяснялось, очевидно, недостаточной обеспеченностью скотом крестьянских хозяйств. С другой стороны, преобладание в большинстве районов Г" юбережной Украины ^в частности, в южных и центральных районах) плодородного чернозема в целом не стимулировало дальнейшего развития удобрения.

Нехватка пахотных земель в северных районах Левобережной Украины вынуждала зе*(лемельцев осваивать новые земли, в частности, лесные расчистки, которые, в свою очередь, породили особый вид земледелия - „на лядах”. Наибольшее распространение этот вид земледелия получил на Стародубщине.

Лядами назывались места, расчищенные от леса, на которых в продолжение нескольких лет после расчистки до полного истощения земли сеяли различные культуры. Лес под ляды рубили обычно в июне, когда ветви на деревьях были наиболее густыми. На следующий год, в апреле, сваленный лес полностью сжигали. Образовавшийся при этом поташ (зола) в сочетании с обожженным верхним слоем почвы, состоящим из корней разной травы и опавших листьев, сгнивших пней и корней, представлял хорошее удобрение. В первое лето на ляде обычно сеялось просо, затем - ячмень, пшеница и горох. После некоторого истощэния почвы ляда засевалась рожью. Таким образе* 1, наблюдались уже определенные агрономические изыскания, а именно - чередование культур в целях лучшего использования почвенных ресурсов. Далее, как свидетельствовал А. Лазаревский, вместе с посевом ржи, ляда поступала в общий трехпольный севооборот™, т. е. этот вид земледелия, как и остальные, охватывался традиционной системой севооборота. После нескольких посевов ржи ляда обычно полностью истощалась и ее бросали, чтобы заменить новой. С целью продления плодородия почвы ляда иногда удобрялась навозом. С ростом народонаселения все большее количество лесов превращалось в ляды, которые в свою очередь, после истощения неудобряемой почвы, как правило, становились бесплодной степью.

Определенное разнообразие наблюдалось в применении земледельческих орудий для вспашки земли. В Черниговском наместничестве, наряду с тяжелым украинским плугом, в который впрягали в большинстве случаев 6 или 8 волов (иногда - 4)* встречалась соха на колесах и без них. легкий немецкий плуг (в 4 лоша-

V**              gt;« ,              _              „

ди) , рало (косуля), используемое обычно для вторичнои вспашки земли (после плуга). Большие тяжелые дубовые бороны имели до 30 зубьев7*

В Киевском наместничестве обычно использовался плуг в сочетании с ралом. Соха применялась здесь в основном на песчаной почве76. В то же время соха, по свидетельству А. Шафонского, была наиболее популярным орудием для вспашки земли в Новгород-Се- ве_ -ком наместничестве. Пользоваться тяжелым плугом на 6-8 волов могли лишь сравнительно зажиточные хозяйства, имевшие много рабочего скота Основная же масса крестьянства обрабатывала землю „супрягой”, т. е. объединял тягло нескольких хозяйств

количество используемых волов /»чвисепо от твердости почвы.

Применялся главным образом в Беловежской немецкой колонии (Бор- з^гский уезд).

деревянное орудие земледелия типа бороны с 1-2 и более зубьями.

для совместной работы. Низкий уровень техники обработки земли не давал в целом возможности собирать высокие урожаи. Например, в центральных районах Черниговщины средний урожай в конце XVIII в. был: по ржи - сам 5-6, по пшенице сам 4-5, а в отдельные годы еще меньше[4]. В степной части Черниговщины и на Полтавщине урожаи были несколько выше. Развитие земледелия происходило главным образом за счет расширения посевных площадей.

Второй по значению отраслью крестьянского хозяйства (после хлебопашества. - А. П.) было скотоводство[5]. Наличие скота главным образом определялось внутренними хозяйственными потребностями самого крестьянского двора, обесппчивая в первую очередь необходимую тягловую силу для крестьянского земледелия и потребительские нужды. При этом обнаруживается определенная связь между количеством рабочего скота и размерами посевной площади. В хозяйствах, где было много рабочего скота, осуществлялось и больше посевов и наоборот. Количество свиней обычно обусловливалось количеством хлебных продуктов в той или иной местности. Количество овец, надо полагать, в основном находилось в зависимости от размеров степной земли в креггь янском хозяйстве.

Однако скотоводство в крестьянских хозяйствах имело не только хозяйственное и потребительское значение, но и промышленное. Скот нередко поступал на рынок, где выступал в качестве товара и предмета обмена. Интересно отметить в этой связи, что старинная украинская песня о тяжелой судьбе батрака (наймита) в центре его работы ставит не земледельческий труд, а обязанности, связанные с уходом за скотом:

  • Ще й бурлака не послався,
  • А хазяїн вже проспався.
  • Вставай, бурлак, годі спати, -
  • Пора у степ товар гнати.

Однако при наличии на Левобережной Украиие крупного помещичьего скот оводства - конских, овчарных заводов и заводов крупного рогатого скота крестьянское скотоводство не могло получить широкого товарного развития. На это обстоятельство указывает в своей работе и Н. Рубинштейн7?

В случае отсутствия пахотной земли в крестьянском хозяйстве скотоводство нередко становилось основным источником существования семьи. В подобном положении находились, например, 87 семей подданных бунчукового товарища Г. Иваненко (д. Ковалевка Яготинской сотни Переяславского полка), 56 семей подданных дру- того феодала - Дунина-Борковского (д. Коломийцы Я* стинской сотни), 22 крестьянских двора (32 хаты) графа К. Разумовского (сл. Ку- лябовщина Яготинской сотни) и другие. Характерно, что и в этих случаях наблюдалось ярко выраженное имущественное расслоение7?

Заметное место в крестьянском хозяйстве занимали технические культуры, в частности, конопля и лен, а также табак.

Одним из главных районов посева коноп; и и производства пеньки на рынок не только Левобережной Украины, но и всей России было Новгород-Северское наместничество, особенно его восточные уезды, смежные с Орловской губернией.

О значительных посевах табака в крестьянских хозяйствах Левобережной Украины, в частности, на территории Черниговского наместничества, свидетельствовал А. Шафонский79. Украинский табак пользовался большим спросом у приезжих русских и белорусских купцов, которые, в свою очередь, нередко вывозили его на продажу за пределы России.

В числе занятий крестьянского населения было и пчеловодство (в лесных районах - бортничество). В документальных описаниях крестьянских хозяйств, как правило, наряду с указанием на количество земли, скота, угодий говорится и о наличии (или же отсутствии) пасек. В конце XVIII в. на Левобережной Украине в крестьянских хозяйствах насчитывалось до 500 тыс. ульев80. Продажа меда на рынке была одной из важных доходных ^татей крестьянского хозяйства как на местном рынке, так и далеко за его пределами. В конце XVIII в. из края ежегодно вывозилось свыше 12 тыс. пудов меда81.

В круг сельскохозяйственных занятий зажиточных крестьянских хозяйств входили промысловые предприятия, связанные с переработкой сельскохозяйственного сырья, - мельницы (водяные и ветошные) и винокурни.

О наличии мельниц в крестьянских хозяйствах свидетельствуют опять же таки документальные описания последних, где непременно присутствует графа о количестве мельниц. В том значительном общем количестве мельниц на Левобережной Украине, которое указано в „Топографическом описании Малороссийской губернии” (конец ХИН - начало XIX в.) - 3362 водяных и 12732 ветряных82, - несомненно нашли свое место и крестьянские мельницы.

По подсчетам А. Пономарева, в неурожайном 1749 г. в крестьянских хозяйствах Чезобережной Украины насчитывалось 320 винокуренных котлов (из общего количества в 3221) . Несмотря на появление в 1761 г. универсала гетмана К. Разумовского, разрешавшего заниматься винокурением лишь феодалам и казакам84, крестьянское винокурение продолжало существовать и в последующие годы. В м. Середина-Буда в 1761 г. в 177 крестьянских хозяйствах

насчитывалось 397 винокурных котлов. К началу 80-х годор ччсло крестьянских винокурен в этом местечке снизилось до 242*?

Крестьянские мельницы и винокурни обслуживали главным образом потребительские нужды крестьянских хозяйств и в подавляющей своей массе не были еще связаны с товарно-рыноч gt;г отношениями.

В качестве дополнительного занятия (ремесла, в основном мужского) определенное место в крестьянском хозяйстве занимало ткачество льна, шерсти, пеньки. О распространении ткачества на Левобережной Украине в какой-то мере свидетельствуют данные вышеупомянутого „Топографического описания Малороссийской губернии”. В Гадячском уезде насчитывалось 1027 ткачей из общего числа ремесленников 2505 чел., в Роменском - 617 из 2058, в Прилукском - 646 из 157688. По и^лщимся у нас данным, годовой доход крестьян (в основное ни'летных), занимавшихся ткачеством, обычно не превышал 1 руб.87

Наконец, экономика крестьянского хозяйства во второй половине XVIII в. определялась еще в какой-то степени и таким немаловажным фактором, как отрыв части крестьянства от земледелия, осуществлявшемся в виде крестьянских отходов. Последние, будучи тесно связанными с процессом имущественного расслоения кр естьянства в данный период, носили двоякий характер. С одной стороны, имел место промысловый отход беднейшего крестьянства на заработки, с другой - все чаще наблюдался торговый отход предпринимательского типа (в основном в виде чумацкого промысла) зажиточных крестьян.

Крестьянские торговые отходы, в свою очередь, свидетельствовали о вовлечении крестьянского хозяйства в систему растущих товарно-денежных отношений на Левобережной Украине во второй половине XVIII в.

Таким образом, экономика крестьянского хозяйства в изучаемый период в определенной степени определялась уже и ростом его товарности, дальнейшим развитием капиталистических отношений в сельском хозяйстве в недрах феодального строя. Степень товарности крестьянского хозяйства находилась в прямой связи и взаимообусловленности с процессом расслоения крестьянства.

Если принять во внимание тот факт, что крестьянство на Левобережной Украине, как и во всей России, во второй половине ХИН в. составляло абсолютное большинство населения* то правомерным

По вс и 1764 г., владельческих крестьян было 466767 (см. ЦГАДА. - Ф. 13, д. 76, л. 163). Крепостные крестьяне мужского пола на Левобережной Украине в 1784 г. составляли в Черниговском наместничестве - 7399)' иона ырск::х и помещичьих вместе), в Киевском наместничестве - 2121? (монастырских и пеги чьих вместе), в Норго| од-Север- ском - 36446 (только монастырских). Итого: 422600 (см.: ЦГАДА. - Ф. 13 Д. 96, л. 5).

будет вывод о том, что с ростом товарности крестьянского хозяйства, активным вовлечением его в систему товарно-денежных отношений, крестьяне становились все более серьезными конкурентами помещиков в поставке сельскохозяйственной продукции на рынок.

 

| >>
Источник: Путро А. И.. Левобережная Украина в составе Российского государства во второй полотне XVIII в. (Некоторые вопросы социально-экономического и общественно-политического развития). - К.: Выща шк. Головное изд-во. - 142 с.. 1988

Еще по теме ЭВОЛЮЦИЯ ФЕОДАЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ НА ЛЕВОБЕРЕЖНОЙ УКРАИНЕ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XVI! - ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XVIII в.:

  1. ХУДОЖЕСТВЕННАЯ КУЛЬТУРА УКРАИНЫ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XVI — ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЫ XVII века
  2. УКРАИНСКАЯ ХУДОЖЕСТВЕННАЯ КУЛЬТУРА ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XVII - ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЫ XVIII века
  3. ХУДОЖЕСТВЕННАЯ КУЛЬТУРА УКРАИНЫ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XVIII века
  4. ХУДОЖЕСТВЕННАЯ КУЛЬТУРА УКРАИНЫ XIII — ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЫ XVI века
  5. § 21. Феодальные отношения в Иране во второй половине XIV—XV вв.
  6. § 18. Феодальные отношения в Иране во второй половине XI—ХИ вв.
  7. § 9. КАРАХАНИДСКОЕ ГОСУДАРСТВО ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XI И ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XII вв.
  8. МАВЕРАННАХР ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIII в. И В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIV в.
  9. ХУДОЖЕСТВЕННАЯ КУЛЬТУРА УКРАИНЫ ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЫ XIX века
  10. ( 3. Башкирия в первой половине XVIII века.
  11. ХУДОЖЕСТВЕННАЯ КУЛЬТУРА УКРАИНЫ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XIX века
  12. ГЕРМАНИЯ В XVI -ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XVII в.
  13. Исследователи Апеннин первой половины XVIII века