<<
>>

1.3. Какова периодизация всемирной истории?

Всемирная история возникает на определенном этапе развития человеческих сообществ в результате глобального взаимодействия своеобразных в историко-культурном отношении стран и народов.

Существуют различные периодизации всемирной истории, но основой их выступают фундаментальные изменения в характере этого взаимодействия. В качестве критериев периодизации при этом рассматриваются разные факторы, как материальные, так и духовные. Наиболее оригинальными в этом плане являются схема мировой истории К. Ясперса, основанная на идее «осевого времени», и концепция всемирно-исторического процесса Л. Васильева, разработанная на основе синтеза различных идей о его единстве.

В западной историографии существуют методологические подходы, критически относящиеся ко всякого рода попыткам рационалистической интерпретации истории и технократическим критериям ее периодизации. Один из таких подходов реализован в 'философско-исторической схеме К. Ясперса, основанной на экзистенциальных представлениях о становлении и развертывании человеческой сущности.

В отличие от популярной в Европе первой половины XX в. теории культурно-исторических циклов (О. Шпенглера), отрицавшей возможность единства человеческой истории, Ясперс полагал, что человечество имеет одно происхождение и единый путь развития. В полемике с марксизмом, а также технократическими концепциями мировой истории Ясперс делал акцент на «духовной составляющей» человеческого бытия. Признавая реальность всемирной истории как особой стадии развития человеческого духа и как результата взаимодействия различных культур, Ясперс отмечал, что подлинная связь между народами не родовая, не природная, а духовная. Поэтому реальность всемирной истории, по его мнению, обусловлена прежде всего духовным единством человечества.

В общественном развитии Ясперс выделял четыре «среза»: «доисторию», «великие исторические культуры древности (локальные истории), «осевую эпоху» (начало всемирной истории), «эпоху техники» (единую мировую историю).

В «доисторический период» происходило становление человека, что обнаруживается в использовании огня и орудий труда, появлении речи, образовании групп и сообществ, формировании жизни посредством мифов.

«Великие культуры древности», появление которых знаменовало начало человеческой истории, возникают в трех областях земного шара. Это, во-первых, шумеро-вавилонская и египетская культуры, а также эгейский мир (с 4-го тыс. до н. э.); во-вторых, доарийская культура долины Инда (с 3-го тыс.); в-третьих, архаический мир Китая (с 2-го тыс. до н. э.). В этих культурах уже не царило молчание, люди заговорили друг с другом посредством письменности, архитектурных памятников, произведений искусства. Задачи организации хозяйственной и социальной жизни предполагали централизацию и государственность. Возникли народы с единой культурой и языком, общими мифами и впервые осознававшие свое единство. Появляются империи (вначале в Месопотамии, затем у ассирийцев, египтян, персов, индийцев, китайцев) как реакция на постоянные вторжения кочевых племен, путем их подчинения и завоевания соседних по отношению к «великим культурам» земель.

С 800 по 200 г. до н. э., в «осевое время», в великих культурах древности или в орбите их влияния начинает формироваться универсальная духовная основа всего человечества. Независимо друг от друга в разных местах — в Индии, Китае, Персии, Палестине и Древней Греции — возникают духовные движения, сформировавшие тот тип человека, который существует и поныне.

«Осевая эпоха» — это время рождения и мировых рели-гаи, пришедших на смену язычеству, и философии, заменившей мифологическое сознание. Прорыв мифологического миросозерцания сопровождался появлением духовной рефлексии. Пробуждение духа являлось, по Ясперсу, началом общей истории человечества, которое до того распадалось на локальные, не связанные между собой культуры.

Таким образом, «осевое время» у Ясперса служит ферментом, который стал связывать человечество в единую всемирную историю. Вместе с тем «осевое время» служит у него и масштабом, позволяющим определить историческое значение отдельных народов для человечества в целом. В связи с этим Ясперс выделял «осевые народы» (китайцы, индийцы, иранцы, иудеи и греки), которые, последовательно продолжая свою историю, совершили скачок и как бы вторично родились в ней, заложив тем самым основу единой духовной сущности человека и его подлинной истории.

Поскольку прорыв был решающим по своему универсально-историческому значению, но не повсеместным событием, то Ясперс различает также «народы, не знавшие прорыва», и «последующие народы».

К первым он относил египетскую и вавилонскую культуры, которые, достигнув громадных успехов в области организации государственной и общественной жизни, в архитектуре, пластике и живописи, в создании своей магической религии, застыли на стадии до-осевого времени и стали затем медленно перерождаться: в Месопотамии — в персидскую, а затем сасанидскую куль-туру и ислам, в Египте — в римскую и христианскую культуры, позже — в ислам.

К «последующим» Ясперс относил те исторические народы, основой формирования которых стал мир, возникший в результате прорыва, и те первобытные народы, которые остались в стороне и сохранили до соприкосновения с европейцами в эпоху великих географических открытий все многообразие своих примитивных культур.

«Эпоха техники», которая духовно конституируется в XVII в., приобрела всеохватывающий характер в XVIII столетии и получила чрезвычайно быстрое развитие в XX, знаменуя собой время наступления духовного единства человечества, мировой истории, не как идеи, а как реальности. Ситуация единства мировой истории была создана Европой, которая благодаря географическим открытиям, достижениям науки и техники, к концу XIX в. обрела власть над миром, усвоившим европейскую технику, но сохранившим в своих устремлениях уникальные культурные различия.

Л. Васильев, разрабатывая концепцию всемирно-исторического процесса, подвергает критике его периодизацию, существующую в отечественной исторической науке: древний мир (рабовладельческий строй), средние века (феодализм), новое время (капитализм), новейшее время (социализм). Эта периодизация, считает Васильев, опирается только на европейские реалии, и притом произвольно идеологически интерпретированные.

Для Европы крушение античности, распространение христианства и выход на авансцену европейской истории германских племен стало рубежом между древностью и средневековьем, между античностью и феодализмом. Для неевропейского мира этот рубеж условен и может быть использован лишь для удобства или сравнение дихотомных процессов исторического развития.

Для Европы переходом от средневековья к новому времени стали Ренессанс, Реформация и Великие географические открытия.

Для неевропейского мира новое время приобретает в отличие от средневековья вполне конкретный вид это начало колониализма и связанных с капиталистической модернизацией восточно-цивилизационных мутаций. В новейшее время эти социальные мутации проходили уже не только в лоне буржуазно-капиталистической, но и социалистической модернизации.

В истории человечества Васильев выделяет три этапа:

1. Время существования локальных обществ «азиатского» типа (с древнейших времен до VII—VI вв. до н. э.).

2. Период параллельного сосуществования локальных обществ «античного» (европейского) и «азиатского» (неевропейского) культурно-исторических миров (VII—VI вв. до н. э. - XIV XVII вв. н. э.).

3. Время возникновения всемирной истории на путях общечеловеческой интеграции локальных обществ в ходе их модернизации и глобальной трансформации (с XVII в. по настоящее время). \

Рассматривая возникновение деспотических государств с «азиатской» структурой на основе эволюции постпервобытных обществ, Васильев выделяет несколько принципов, лежащих в основе жизнедеятельности людей, объединенных в общину. Во-первых, в общине существовал обязательный взаимообмен по формуле: каждый вносил в общий котел то, что мог, и получал то, что ему положено; разница между тем и другим обусловливала уровень престижа его обладателя (принцип реципрокности) Во-вторых, господствовало право обладателя авторитета и власти распоряжаться общинным достоянием и тем самым перераспределять совокупное ее имущество (принцип редистрибуции). Эти принципы функционирования общины предопределяли господство в ней авторитарно-административной системы.

Общество «азиатского» типа, унаследовавшее эти принципы, по мнению Васильева, характеризуется следующими чертами

1. Отсутствие частной собственности и экономических классов.

2. Господство аппарата администрации и принципа централизованной редистрибуции.

3. Автономия общин и иных социальных корпораций (клан, каста, секта, цех-гильдия, землячество в городах и т.

п.) при решении своих внутренних проблем.

4. Произвол власти при соприкосновении индивида с государством (синдром сервильного комплекса, или «принцип поголовного рабства»).

Общество с таким социальным генотипом обладало прочностью, которая проявлялась прежде всего в его способности к социальной регенерации: на базе рухнувшего по той или иной причине государства с легкостью, почти автоматической, возникало новое с теми же параметрами, даже если это новое государство создавалось иным этносом.

По мере эволюции общества «азиатского» типа появилась частная собственность, сформировались товарно-денежные отношения. Однако эти явления с момента своего возникновения сразу же ставились под контроль государства и потому оказывались полностью от него зависимыми и лишенными возможности для органического саморазвития на приватной основе. Многие восточные государства, древности и средневековья имели процветающее хозяйство, большие города, развитую торговлю. Но все эти зримые атрибуты частнособственнической рыночной экономики были лишены того главного, что могло бы обеспечить их саморазвитие: правовых гарантий собственности и правового обеспечения рынка. (Все агенты рынка были заложниками власти и не имели не только прав и привилегий, но даже уверенности в завтрашнем дне. Любое неудовольствие чиновника, не получившего вовремя бакшиша, оборачивалось разорением, если не гибелью и конфискацией имущества в пользу казны )

В «азиатских» обществах господствовал принцип «власти-собственности», то есть существовал такой порядок, при котором власть рождала собственность. Социальную значимость в государствах Востока имели лишь причастные к власти, тогда как богатство и собственность без власти мало что значили. Утратившие власть становились бесправными.

Социальная мутация в рамках традиционного общества (с господством принципа «власти-собственности» и основанной на ней централизованной редистрибуцией) впервые произошла на рубеже VII— VI вв. до н э.

в Южной Европе. В результате реформ Солона и связанных с ними процессов в полисах Древней Греции возник феномен античности, основу которого составляли специально выработанные юридические нормы, правила, привилегии и гарантии для защиты интересов граждан, собственников, свободных агентов рынка, то, что позже получило название гражданского общества и правового государства.

Основное (принципиальное) отличие античных структур от "азиатских" состояло в том, что частная собственность и рынок в Древней Греции были динамичными и способствовали развитию общества, причем не только в экономическом, но и политическом и культурном отношениях.

Таким образом, начиная с античности и вплоть до активной еврокапкталистической экспансии колонизации Востока) сосуществовали две принципиально различные общественные системы и, соответственно", два типа исторического развития

Первая система — это общество «азиатского» типа, традиционалистское, социоцентристское и авторитарно-деспотическое, основанное на «власти-собственности» и централизованной редистрибуции. Для этого общества было характерным медленное циклическое воспроизводство социальных отношений со сменяющими друг друга в разных регионах периодами существования мощных централизованных государств и периодами политической децентрализации (при минимальных изменениях в традиционной социоцентристской структуре общества и его хозяйстве).

Вторая система — общество «античного" типа, частно-собственническое, рыночное, персоноцентристское, с частью населения, обладающей гражданскими правами Основу этого общества составляло энергичное инновационное развитие, то есть постоянное наращивание нового качества, прежде всего в экономике.

Основные элементы античной структуры не только выжили, но и в синтезе с христианством способствовали формированию в средневековой феодальной Европе основ частнособственнического рыночного хозяйства. В эпоху средневековья это — торговые республики, города-коммуны (Венеция, Ганза, Генуя), которые имели автономию и "самоуправление («Воздух города делает человека свободным"). В эпоху возрождения, а затем Просвещения античный генотип европейской цивилизации проявился в полной мере, приняв форму капитализма.

В этом смысле капитализм является не детищем европейского феодализма, как это трактуется в свете теории общественно-экономических формаций, а стадией развития античного генотипа. Капитализм — это возрождение «античности» в новых, более благоприятных для частнособственнических и рыночных структур условиях, которые стимулировались протестантской трудовой этикой, Великими географическими открытиями с последующим включением Америки и Азии в мировой рынок, а также постренессанской культурой индивидуализма, породившей нормативно-ценностные установки утилитаризма и либерализма.

Столкновение двух типов социального развития — европейского и неевропейского («традиционного» и «инновационного») — в условиях, когда сила государств определялась технико-экономическим и военно-политическим потенциалом, обнаружилось явное превосходство европейской цивилизации. Это породило иллюзию «неполноценности» неевропейского мира. Европейскими интеллектуалами были разработаны различного рода концепции «модернизации» Востока, а неевропейские политики все чаще стали оперировать понятием «догоняющего развития». Под знаком этой иллюзии прошли XVIII— XX вв. В XVIII— XIX вв. происходил симбиоз, а в XX столетии наблюдался синтез традиционных и европейских структур на Востоке, пока в конце XX в. не обнаружились негативные последствия европейского типа цивилизации для всего человечества, вызвавшие глобальный кризис, и, наоборот, не выявились преимущества неевропейского варианта общественного развития.

<< | >>
Источник: С.А. Кислицын. История России в вопросах и ответах. Курс лекций. Учебн. Пособ. – Ростов-на-Дону.. 1997

Еще по теме 1.3. Какова периодизация всемирной истории?:

  1. 1.4. Какова периодизация отечественной истории?
  2. 1.2. Какова периодизация мировой истории?
  3. 1.8. Какова периодизация истории цивилизаций в России?
  4. ПЕРИОДИЗАЦИЯ ГЕОЛОГИЧЕСКОЙ ИСТОРИИ ЗЕМЛИ
  5. § 2. Периодизация всеобщей истории государства и права
  6. 1.1. Что такое мировая и всемирная история?
  7. Периодизация истории философии в Средние века
  8. Глава 10 Формационный и цивилизационный подходы к периодизации истории
  9. ИСТОРИЯ РАЗВИТИЯ ВСЕМИРНОГО ТВОРЧЕСКОГО ПРОЦЕССА И РАЦИОНАЛИЗАЦИИ СОЦИАЛЬНОЙ СИСТЕМЫ
  10. Фалиго Р., Коффер Р.. Всемирная история разведывательных служб, 1997
  11. Глава 1. ПРЕДМЕТ, МЕТОДОЛОГИЯ И ПЕРИОДИЗАЦИЯ ВСЕОБЩЕЙ ИСТОРИИ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА
  12. А. Н. Бадак, И. Е. Войнич, Н. М. Волчек. Всемирная история: В 24 т. Т. 23. Вторая мировая война, 1999
  13. 7.1. Каково место XVIII в. в истории Западной Европы и Северной Америки?
  14. 5.4. Какова роль Византии в отечественной истории?
  15. 8.1. Какова роль французской революции в истории?