<<
>>

X Чрезвычайный съезд народных депутатов

В конце работы сессии Верховного Совета было принято решение о немедленном созыве X Чрезвычайного съезда народных депутатов с повесткой дня «О политической ситуации в Российской Федерации, сложившейся в результате антиконституционного переворота, осуществленного Ельциным»4.

Съезд начал свою работу 23 сентября в 22 часа. Первый вопрос, который рас- 1

См.: Российская газета. 1993. 23 сентября. 2

ГАРФ. Ф. 10026. Оп. 2. Д. 36. Л. 1.

См.: Иванов И. Анафема. Хроника государственного переворота. Записки разведчика. СПб., 1995. С. 26.

См.: Хасбулатов Р.И. Великая Российская трагедия. Т.1. М., 1994. С. 208.

сматривал съезд — о политическом положении в стране в связи с государственным переворотом, совершенным Президентом Ельциным. На эту тему Хасбулатов сделал получасовой доклад, а затем в том же ключе состоялось 15-минутное выступление Руцкого. Оба оратора продолжили критику «антинародного» и «антинационального» курса Ельцина — Черномырдина и дали обоснование альтернативному курсу Верховного Совета и съезда народных депутатов1.

24 сентября 1993 г. московское отделение ВЦИОМ провело экспресс- опрос 1245 жителей столицы. Согласно данным опроса, 41% москвичей считало, что в конфликтной ситуации, сложившейся в стране, «закон на стороне Ельцина»; 18% — на стороне Верховного Совета; 28% полагало, что деятельность и той и другой стороны незаконны2.

Из 87 субъектов Федерации на 13.00 22 сентября — 21 поддержали решения Верховного Совета РФ3, на 7.00 23 сентября — 53 Совета народных депутатов не поддержали указ Ельцина. Из всех глав администрации областей и краев поддержали Верховный Совет только главы Белгородской и Брянской областей (В. Берестовой и Ю. Лодкин), Амурской и Новосибирской областей (А. Сурат и В. Муха). Сурат и Муха оказались единственными главами администрации, которые заявили, что на территории их областей действует Конституция РФ и нарушившие ее, будут привлекаться к уголовной ответственности4.

Однако реальная сила была полностью в руках Б.Н.

Ельцина — милиция, армия, внутренние войска, служба безопасности и другие. От решений Верховного Совета и съезда народных депутатов он попросту отмахнулся, а возложение полномочий Президента на А.В. Руцкого своим указом от 22 сентября охарактеризовал как «присвоение» полномочий Президента А. Руцким, назвал это «незаконным» и «недействительным»5. Когда депутаты отказались покинуть Дом Советов, здание было окружено милицией и военными, плотным заграждением из автомашин, а затем и колючей проволокой. Отключили энергоснабжение, водоснабжение. Не было нормального питания.

В тот период многие Советы народных депутатов и руководители субъектов Федерации, общественные объединения выступили с инициативой немедленно начать переговоры. К 25—26 сентября сформировались основные направления проведения возможных переговоров.

С посреднической инициативой выступил Председатель Конституционного суда В. Зорькин. Суть его предложения — «нулевой вариант». То есть отменяются все указы Б. Ельцина после 20 часов 21 сентября; затем до конца 1993 года одновременно проводятся выборы как Верховного Совета России, так и Президента РФ; правомочия законодательной власти до начала работы вновь избранного парламента передаются Совету Федерации.

Ельцин не возражал против «нулевого варианта», но при условии, что такие выборы пройдут с интервалом в полгода, иначе возникнет «вакуум власти» 1

См.: Бабаев Б.Д. Расстрел «Белого Дома». Свидетельства очевидца. С.31. 2

ГАРФ, Ф. 10026. Оп. 2. Д. 66. Л .33. 3

ГАРФ. Ф. 10026. Оп. 2. Д. 56. Л. 3.

См.: Руцкой А. Кровавая осень. С. 55.

См.-.Авакъян С.А. Конституция России: природа, эволюция, современность. М., 1997. С. 128.

в переходный период. Руцкой поддержал предложение Председателя Конституционного суда, но Хасбулатова эти условия не устраивали. «У нас есть два выхода: либо одновременное переизбрание парламента и Президента, либо нас просто физически устранят, чего и добивается окружение Ельцина», — сказал он своему заместителю Ю.

Воронину183.

25—27 сентября к поиску компромисса присоединились руководители ряда партий и союзов. Появились модификации «нулевого варианта»: до одновременного избрания Президента и нового парламента полномочия государственной власти возложить на правительство. С таким предложением от имени партий и союзов выступил В. Липицкий. Но и этот вариант вызвал острые возражения. Особенно горячо возражал Руцкой, ведь В. Липицкий, как и Руцкой был сопредседателем партии «Свободная Россия» и, по мнению, и.о. Президента, «соглашательская, пораженческая позиция одного из сопредседателей бросала тень на всю партию»2.

Обеспокоенный обстановкой в стране, Патриарх Алексий II принял решение прервать свой визит в США и вернулся в Москву. Обстановка накалилась, и многие теперь видели в Патриархе единственного миротворца—посредника. 29 сентября с посланием к Верховному Совету о необходимости политического диалога обратился Патриарх Московский и всея Руси Алексий II. 30 сентября он встретился с Б. Ельциным. Готовность к диалогу была подтверждена обеими сторонами конфликта. Своими представителями на переговорах Президент назначил руководителя Администрации С. Филатова, первого вице-премьера О. Сосковца и московского мэра Ю. Лужкова.

К половине третьего ночи, уже 1 октября, был, наконец, согласован и подписан Протокол № 1, согласно которому провозглашалось, что, «в целях снятия остроты противостояния, стороны согласились реализовать следующие меры: 1.

В целях обеспечения безопасности, сбора и складирования внештатного оружия, находящегося в Доме Советов, осуществить его сбор, складирование в Доме Советов и взятие под охрану совместных контрольных групп, организованных из сотрудников ГУВД г. Москвы; департамента охраны Дома Советов. Для этого незамедлительно включается электроэнергия, теплоснабжение, а также необходимое количество городских телефонов для оперативной связи. Одновременно реализуются согласованные меры по сокращению потенциала сил и средств наружной охраны Дома Советов. 2.

После реализации первого этапа стороны приступают к полному снятию вооруженного противостояния, заключающемуся в одновременном выводе из Дома Советов всех охранных формирований и снятию наружной охраны ГУВД. Одновременно окончательно решаются вопросы вывоза нештатного орудия из Дома Советов. Исполнение задач второго этапа происходит при согласовании и выполнении правовых и политических гарантий».

Как вспоминает Филатов, взаимно довольные сторонники переговоров «поздравили друг друга с этой маленькой, но очень важной победой»3.

Утром в «Белом доме» включили телефоны, свет и воду, блокада вокруг здания была ослаблена, информационные агентства объявили о скором отводе войск МВД из Москвы.

Но не тут-то было! «Протокол № 1» реально означал больше, чем было записано в этих двух пунктах. Отметим, что Соколов и Абдулатипов к этому времени уже проявили себя как сторонники разрешения конфликта по предложениям региональных лидеров. Если оружие в «Белом доме» ставилось под контроль, если конфликтная ситуация разряжалась, блокада и силовое противостояние уходило в прошлое, то конфликт развивался дальше в предсказуемом направлении — то есть так, как следовало из требований субъектов Федерации. В таком случае «третья сила» — военные, сторонники А. Руцкого, министра обороны, назначенного X съездом В. Ачалова, генерал-полковника Макашова — становились здесь просто не нужны. Это — во-первых. Во-вторых, такое развитие событий не устраивало и Хасбулатова с Руцким. В таком раскладе политических сил их будущее место было весьма проблематичным.

«Военный совет обороны Дома Советов» оценил «Протокол № 1» следующим образом: «1. Комиссия в составе Соколова B.C. и Абдулатипова Р.Г. превысила полномочия, данные ей X чрезвычайным Съездом народных депутатов РФ в части подписания 1.10.93 г. протокола N 1... без предварительного согласования его со Съездом. 2.

Подписание протокола N 1 является ошибочным, так как предварительно не были выработаны условия вхождения в конституционное поле в соответствии с решением X Съезда народных депутатов. 3.

Для обеспечения вхождения в конституционное поле необходимо;

а) до 8.00 01.10.93 г. денонсировать вышеупомянутый протокол N 1;

б) до 10.00 01.10.93 г. провести руководству Верховного Совета РФ пресс- конференцию об ошибочной позиции, занятой делегацией Съезда на переговорах с Правительством Черномырдина B.C.;

в) на утреннем заседании 01.10.93 г. Съезду назначить комиссию по выработке тактики и стратегии ведения переговоров с Правительством Черномырдина B.C.

Условием начала переговоров является безусловное выполнение следующих требований: —

обеспечение широких возможностей по изложению позиции Съезда народных депутатов РФ в средствах массовой информации; —

подключение всех систем снабжения Дома Советов; —

восстановление издания незаконно закрытых газет и соответствующих программ телевидения; —

снятие вооруженной блокады здания на ближних и дальних подступах; —

вступление в должность министров, назначенных Съездом.

Постановка вопроса о нештатном оружии, находящемся в Доме Советов

России, неправомочна, так как все имеющееся оружие — штатное и принадлежит Департаменту охраны Верховного Совета РФ».

Решение Военного Совета было подписано министрами обороны, безопасности, внутренних дел Баранниковым, Ачаловым и Дунаевым. По сути, это был призыв к продолжению и обострению конфликта. Военный совет диктовал свою волю руководству Верховного Совета. Он исключал любую возможность компромисса.

Переговоры в этом случае утрачивали всякий смысл. Программа, предложенная Хасбулатовым и Руцким под давлением военных, сторонников В. Ача- лова и В. Макашова означала, с одной стороны, отказ от признания правомочности Президента Ельцина и Правительства, с другой — полный и демонстративный разрыв с предложениями регионов, требовавших возвращения к «нулевому варианту» — состоянию до 21 сентября, подготовке и проведении выборов под контролем Совета Федерации, а не Верховного Совета.

Программа Хасбулатова—Руцкого объективно была провокацией, направленной на обострение конфликта, переводе его в силовую плоскость, в авантюру.

На встрече участников переговоров в Свято-Даниловом монастыре, в присутствии патриарха, Воронин объявил, что «Протокол № 1» дезавуирован, что проблема оружия — только частный случай общей проблемы неконституционных действий «бывшего Президента», что никакого лишнего и неучтенного оружия в «Белом доме» нет, так как «у нас все оружие штатное, а Руцкой как президент может создавать любые формирования и раздавать любое оружие»1. Переговоры были сорваны.

Конфликт вступил в новую, опасную, неконтролируемую фазу. 2

октября, в субботу, в центре Москвы был устроен праздник знаменитой московской улицы — Арбата. На торжестве присутствовал Президент Ельцин. Когда он появился на старом Арбате, на противоположном конце улицы, который выходил на Бульварное кольцо, оказались другие «выступающие».

Они стали строить баррикады, подожгли откуда-то взявшиеся автомобильные покрышки, разломали металлические конструкции эстрады для выступления артистов. Начались ожесточенные столкновения с милицией. Против милиционеров были применены металлические палки, в них летели бутылки с бензином. Из газосварочного аппарата было сделано подобие огнемета, который применили против милиции. Милиция отвечала дубинками, пластиковыми и боевыми пулями. В ходе беспорядков на несколько часов оказалось перекрытым Садовое кольцо у Министерства иностранных дел. С обеих сторон были многочисленные раненые. Были и убитые.

Действия оппозиции были неплохо просчитаны. Телевидение вело на всю страну передачу протокольной съемки Президента на старом Арбате, а на телевизионной «картинке» были видны клубы черного дыма, баррикады, окровавленные люди... Это была реклама оппозиции, и реклама действенная. Она свидетельствовала: оппозиция берет верх в открытых столкновениях с властью, растерявшейся, не ожидавшей выступления своих противников.

Вместе с тем, вечером не было сделано никаких заявлений от имени Президента. Похоже, что такое развитие событий оказалось для него неожиданным, застало врасплох, вызвало растерянность.

Филатов СЛ Совершенно несекретно. М., 2000. С. 301.

На следующий день, 3 октября, конфликт приобрел лавинообразный характер. Днем должен был состояться митинг оппозиции на Октябрьской площади. Там собралось несколько десятков тысяч людей. Руководил митингом И.В. Константинов, председатель исполкома Фронта национального спасения. В14 часов толпа двинулась по Крымскому мосту в сторону Садового кольца. По пути она смела заслоны милиции у Крымского моста, закидала его камнями, кусками асфальта, у милиционеров отбирали щиты, резиновые дубинки, словом, все, что было. Многотысячная толпа прорвала оцепление на Зубовской площади, сокрушила все заслоны на Смоленской, двинулась по Новому Арбату. Трофеями стали уже военные грузовики, стрелковое оружие.

К половине четвертого толпа оказалась уже перед зданиями Белого дома и московской мэрии. За минуты были раскиданы проволочные заграждения, и толпа двинулась на мэрию. Оттуда раздались выстрелы милиции, охранявшей здание. Захват высотного здания мэрии был произведен стремительно. Автомобилями разбили стеклянные двери и ворвались внутрь здания. Немногочисленная охрана была разоружена и взята в плен. Непосредственным участником захвата был «министр обороны» Ачалов.

Затем была захвачена гостиница «Мир», стоявшая рядом с мэрией. Там находился штаб МВД по блокаде «Белого дома». Документация, оружие, автомобили достались восставшим.

В Верховном Совете — эйфория, переходящая в истерию. С балкона «Белого дома» выступали Руцкой, Макашов, материвший «всех этих мэров, пэров

и...». Хасбулатов звал «наших доблестных воинов привести сюда войска, танки для того, чтобы штурмом взять Кремль и узурпатора бывшего — преступника Ельцина». По призыву Руцкого, у «Белого дома» были сформированы колонны захваченных грузовиков и автобусов, на которых, под красными флагами, сотни людей, вооруженных чем попало, под командованием депутата гене- рал-полковника Макашова двинулись освобождать «империю лжи», как они именовали Останкино. В 17 часов в сторону Останкино двинулось 15 автомашин и автобусов с вооруженными людьми. Туда же направились экстремистски настроенные Ампилов, Уражцев, Константинов. Около 10 тысяч человек сформировали колонну и направились к телецентру.

Все эти события происходили в центре десятимиллионного города, столицы государства. Казалось, за два-три часа любая власть куда-то пропала, растворилась. В ясный воскресный день разыгрывалось что-то фантасмагорическое.

В 6 часов вечера в зале Верховного Совета вновь был собран Съезд. Хасбулатов, демонстрировавший уверенность в победе, говорит депутатам и журналистам: «Наконец, наметился перелом в той ситуации, которая длится 12 дней... События показывают, что люди инстинктивно отвергают тиранию... Сейчас субъекты федерации должны заседать в Конституционном суде, я пригласил их сюда... Сейчас сюда движутся войска. Я не знаю, по чьему приказу. Но я убежден, что войска не будут открывать огонь по защитникам демократии... Я считаю, что сегодня надо взять Кремль. «Останкино» взято. Взята мэрия. Руководителем администрации Москвы назначен Краснов (председатель Краснопресненского Совета. — Р.П.)... Сейчас надо определиться, чтобы иметь план действий на ночь и до утра — до полной победы... Почтим память погибших за правое дело...»1.

В обстановке очевидного вакуума власти захват Останкино означал распространение начинавшейся гражданской войны на всю Россию.

Оппозиция понесла у Останкино два тяжелых поражения. Первое было пропагандистским, идеологическим. Нападение на Останкино в минуты сделало тележурналистов непримиримыми, бескомпромиссными врагами Верховного Совета и его сторонников. С колебаниями было покончено. Мощная, искренняя ненависть обрушилась на Верховный Совет и его сторонников, которых с этого времени стали именовать путчистами.

Второе поражение было военным. Попытка Макашова захватить телецентр угрозами — «Мы не будем первыми стрелять. Если найдутся придурки, которые будут стрелять, мы сделаем так, что им останется только: чемодан- вокзал-Израиль»2 — не напугали. Толпа попыталась повторить опыт мэрии. Тяжелый грузовик начал ломать стеклянную стену первого этажа. Но опыт мэрии учло и командование МВД. Телецентр охранял спецназ дивизии Дзержинского, у зданий телецентра стояли БТРы. Они ответил огнем на поражение. Первый выстрел был сделан в парня из толпы, приготовившегося стрелять из гранатомета по зданию телецентра. Во вспыхнувшей перестрелке погибли многие люди, пришедшие «освобождать Останкино».

Журналистка Вероника Куцылло, находившаяся в Верховном Совете в этот день, записала: «Белый дом затих. В коридорах сменился воздух. Люди ходят медленно, разговаривают вполголоса. Руководство затаилось. Все пропитано тягостным ожиданием. Пару часов назад стали возвращаться автобусы с «Останкино». Есть раненые. Убитые остались там. Вернувшиеся подавлены и потрясены. Они растекаются по Белому дому, добавляя привкус безнадежности и, частью, отчаянной решимости»3.

Захват мэрии, гостиницы «Мир», попытки штурма Останкино и захвата здания ИТАР-ТАСС, Краснопресненского УВД, Тимирязевского телефонного узла, а также блокировать здания Министерства обороны поставили Президента в положение, когда нельзя было не принимать силовые меры.

Президент ночью встретился с руководством министерства обороны. В ответ на прямой вопрос — будут ли выполняться его приказы — Грачев крутил, пытаясь отсидеться, ссылался на мнение коллегии, просил письменный приказ. Но отсидеться ему не удалось. Черномырдин, бывший на коллегии, кратко и красочно высказал свое мнение по этому поводу, а Президент сказал, что письменный приказ — будет4.

В 5 часов утра 4 октября был подписан Указ Президента «О неотложных мерах по обеспечению режима чрезвычайного положения в городе Москве», по которому министру внутренних дел Ерину, министру безопасности Голушко, 1

Куцылло В. Записки из Белого дома. 21 сентября—4 октября. М., 1993. С. 117.

Иванов И. Анафема. Хроника государственного переворота. Записки разведчика. СПб., 1995. С. 244-245.

Куцылло В. Записки из Белого дома. 21 сентября—4 октября. М., 1993. С. 120.

Ельцин Б.Н. Записки Президента. М., 1994. С. 385—386.

министру обороны Российской Федерации Грачеву к 10 часам утра 4 октября 1993 г. было приказано «создать объединенный оперативный штаб по руководству воинскими формированиями и другими силами, предназначенными для обеспечения чрезвычайного положения в г. Москве».

Комендант района чрезвычайного положения в Москве должен был «незамедлительно принять меры по освобождению и разблокированию объектов, захваченных преступными элементами в г. Москве, разоружению незаконных вооруженных формирований и изъятию оружия».

В Москву были введены десантные части. С 6 часов 45 минут начался обстрел «Белого дома», сначала из легкого стрелкового оружия, потом на Кутузовском проспекте перед зданием Верховного Совета встали пять танков Кантемировской дивизии. Снаряд за снарядом влетал в окна верхних этажей здания, там начался пожар. Страшная в своей детальности картина, неправдоподобной четкости, когда на фоне ярко-синего неба, в беломраморное здание, всаживались снаряды, а из окон выбивался черно-красный дым — транслировалась по СШ на весь мир.

Около четырех часов пополудни в здание «Белого дома» проникли сотрудники спецподразделения «Альфа» и потребовали прекратить сопротивление. Стрельба была остановлена. В половине пятого начался выход из здания более 1500 его «сидельцев». Часть активных участников Верховного Совета во главе с Хасбулатовым и Руцким была немедленно арестована. Стрельба в Москве продолжалась еще несколько дней.

По данным Генеральной прокуратуры, погибло 148 человек. Оппозиция говорила о значительно большем числе убитых и раненых, называлось до полутора тысяч погибших.

Гражданская война, начинавшаяся вокруг отдельно взятого дома, — «Белого дома» — была пресечена. Пресечена жестоко. Но гражданская война не расползлась по стране.

<< | >>
Источник: М.Р. Зезина и др.. ЧЕЛОВЕК ПЕРЕМЕН / Исследование политической биографии Б.Н. Ельцина. — М.: Новый хронограф. — 540 стр., ил.. 2011

Еще по теме X Чрезвычайный съезд народных депутатов:

  1. VI Съезд народных депутатов
  2. Первый съезд народных депутатов СССР
  3. Политический конфликт на VII съезде народных депутатов Российской Федерации
  4. Третий внеочередной Съезд народных депутатов 27
  5. Глава 30-В ЗАЯВЛЕНИЯ ОБ ОТМЕНЕ РЕШЕНИЯ ОКРУЖНОЙ ИЗБИРАТЕЛЬНОЙ КОМИССИИ О РЕГИСТРАЦИИ КАНДИДАТА В НАРОДНЫЕ ДЕПУТАТЫ УКРАИНЫ
  6. Глава 30-Д ЗАЯВЛЕНИЯ О ДОСРОЧНОМ ПРЕКРАЩЕНИИ ПОЛНОМОЧИЙ НАРОДНОГО ДЕПУТАТА УКРАИНЫ В СЛУЧАЕ НЕВЫПОЛНЕНИЯ ИМ ТРЕБОВАНИЙ О НЕСОВМЕСТИМОСТИ ДЕПУТАТСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ С ИНЫМИ ВИДАМИ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
  7. Итоги российского съезда
  8. 2.3. Завещание в чрезвычайных обстоятельствах
  9. ЧРЕЗВЫЧАЙНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ
  10. Военно-молдавский съезд